- Ничего себе! – Воскликнул он, когда мы немного осмотрелись. – Ели это только погреб, то какой же должен быть подвал?!
Погреб был примерно метров пять на пять, но не это нас больше всего удивило. Потолок у погреба был сферический и замковый камень сделан в форме креста.
- Фига себе люди строили! – Удивлённо проговорил я.
- А я тебе что говорил! – Ослепил меня своим фонарём Толян, - Да если бы не война, так тут до сих пор школа бы была.
- Ладно, давай стену искать, за которой дверь.
- А что её искать? Старик сказал, - «от входа правая стена, ближе к углу».
Мы прошли в то место, и осмотрели потрескавшуюся штукатурку. Я взял топорик и аккуратно запуская в щели лезвие начал отламывать куски старого раствора. Показалась древесина, и через пять минут, когда пыль немного осела мы рассмотрели дверь. Налобные фонари осветили старую, резную древесину. Резьба на двери была какой-то замысловатой и напоминала круглый лабиринт. Оштукатуренные дубовые доски сохранились хорошо, и только медная ручка была покрыта зеленью.
- Точно как старик описывал, - произнёс Толян за моей спиной. – Ну, Антоха, повезло нам с дедом, теперь заживём!
- Не сглазь! – Тихо проговорил я, и слегка подёргал зеленеющую ручку. Дубовая дверь подавалась с трудом.
- Дайка я на петли брызну.
В свете фонарей показалась рука Толика с баллончиком, из сопла которого на старые, узорчатые навесы ударила струя специальной жидкости. Мы подождали минуту, и я дёрнул сильнее. Слегка скрипнув дверь стала открываться.
Показался небольшой коридор, который вёл в подвал, дальней стены которого видно не было.
- Ну что, - почему-то шёпотом проговорил Толян, - пошли?
Я посмотрел вниз и куском штукатурки подпёр открытую дверь, чтобы она ненароком не закрылась.
Увидев, что я сделал, друг нервно хихикнул.
- Что, боишься, что кто-то закроет?
- Лишь бы сама не закрылась, - ответил я, и двинулся по коридору стены которого были выложены, видимо, из того же кирпича, что и весь дом.
Проход был узкий, наши плечи едва не касались боковых стен. Сделав несколько шагов, мы остановились и осмотрелись. Было прохладно и наша пропотевшая одежда комфорта не добавляла. Я невольно передёрнул плечами.
Наших налобных фонариков не хватало, чтобы осветить весь подвал и Толян, подёргав висевший у меня за спиной рюкзак, достал ручной фонарь. Его яркий луч метнулся по кругу вырывая из темноты куски пыльных стен и пучки паутины. Наконец сноп света опустился вниз, и в центре помещения замер на покрытых каким-то мхом трём кучкам, которые, наверное, и были ящиками с посудой. Они стояли в ряд, и выглядели не очень. По-моему, древесина сгнила, и всё что было в них сложено, начало расползаться по бокам.
За буграми ящиков виднелся почти не засыпанный пылью и мусором сундучок с какой-то странной ручкой наверху. Крышка сундука закрывалась на два висячих замка, один из которых отсутствовал.
- Ну что делать будем? – Тихо проговорил Толик. – Давай по-быстрому, а то что-то мне тут не нравится.
- Что с посудой будем делать? - Так же тихо спросил я. - Ящики развалились и её придётся куда-то перекладывать. И всё это надо делать осторожно, чтобы не побить.
- Да, с посудой морока будет. Может ну её?
- Так мы именно за ней и приехали. Сундук вроде целый, его сразу забрать можно, а фарфор можно в рюкзак сложить.
Толик хмыкнул, - Да что ты в рюкзак сложишь?
- А если ящики попробовать верёвкой обвязать? И у меня в рюкзаке ещё скотч есть! Скотчем обмотаем, верёвкой обвяжем и вынесем.
- Ну давай попробуем, - неуверенно проговорил друг. – Сундук давай сразу заберём, а потом уже с остальным будем возиться.
- Лады́.
Мы двинулись к сундуку с двух сторон обходя средний ящик.
- А что это на нем? – Толик направил луч фонаря на ручку сундучка.
Рукоятка ручки лежала на боку и сверху на ней лежала большущая медная монета с двуглавым орлом. Это даже скорее была не монета, а медальон. Никакой пыли на нём не было, казалось, что его положили всего несколько минут назад.
- Странно, - проговорил Толик, и протянул руку.
- Постой! - Перехватил я его.
- Чего постой? Старик про это ничего не говорил, значит эта медалька уже наша! – И он уверенно взял медный кругляк. – Тяжёлый! – Удивлённо проговорил Толик, - И это, он тёплый!
- Как тёплый? – Я взял медальон.
Он действительно был тёплый…
- Антоха, а это что? – Толик направил луч фонаря на противоположную стену, но стены видно не было. На её месте клубилось непонятное тёмное облако.
Я почувствовал, как горло моё свело судорогой и колени подогнулись.
- М-м-м… - замычал у меня за спиной Толян, и резко дёрнул меня за рюкзак.
Одна рука его продолжала держать дрожащий фонарь, а другой он тащил меня за лямки рюкзака к выходу. Но ноги мои меня не слушались и даже сделали попытку пойти навстречу медленно наплывающей черноте.
Я попытался заорать, но ни вдохнуть воздуха, ни выдохнуть не смог. И даже оторвать взгляда от наплывающего ужаса не получалось.
- Ы-ы-ы, - наконец с трудом удалось выдохнуть мне, и с очередным рывком рюкзака сделать полшажка назад.
Сзади мычал Толик, изо всех сил дёргая меня к проходу. Не знаю, продолжал ли он смотреть на этот ужас наплывающий от стены. Его фонарь упал на пол, но он светил как раз туда откуда наплывало ЭТО.
Никаких мыслей о том, чтобы как-то побороть страх и попытаться выбежать из подвала у меня не было. Я смотрел на шевелящееся облако и понимал, что это даже не смерть, а что-то похуже! Хотя что может быть хуже смерти? Но оказывается может...
Я чувствовал, что начинаю задыхаться, мне казалось, что моя душа готова была вырваться из тела, лишь бы не оказаться поглощённой этим мраком.
- Ы-ы-ы, - вновь удалось выдавить мне. Было такое чувство, что что-то холодное и липкое, коснулось лица и я готов был разрыдаться от страха понимая, что это конец. Тело меня уже не слушалось и из руки выпал медальон, больно ударивший меня по ноге.
В тот же момент, рывок Толика сорвал меня с места и, если бы друг не держал меня за лямки рюкзака, я бы упал.
Чернота ухнула и двинулась за нами.
- М-м-м, - на высокой ноте раздавалось сзади яростное мычание. – М-м-м…
А я всё смотрел и смотрел на клубящееся нечто. Вот оно накрыло фонарь, выпавший из руки друга и стало сразу на много темнее.
- И-и-и, - вдруг завизжал Толик, и рывком втащил меня в коридорчик.
Видимо страх придал ему силы, и он поволок меня, как бульдозер инвалидную коляску. Единственное, что я, каким-то образом сумел сделать – это зацепить носком кроссовки кусок штукатурки, что подпирал потайную дверь. И только за это движение мне можно было давать орден. Но мои старания ни к чему не привели. Когда Толик упёрся задом в ступени, ведущие вверх, из так и не закрывшегося прохода, с очередным уханьем выплеснулась чернота и начала заполнять погреб.
Толик яростно тянул меня на верх, но и его силы были не безграничны. Мне стало понятно, что двоим нам не уйти и лучше, если друг меня бросит и будет спасаться один.
Мрак наплывал, но вдруг как будто ударившись в невидимую стену, он заклубился в центре погреба и с дикой ярость, выбросил в мою сторону щупальце. Но сверху, из крестовины замкового камня ударила волна воздуха отсекая жадно тянувшийся ко мне ужасный протуберанец.
Тут же Толян с новой силой рванул меня вверх, и я почувствовал, что ноги мои могут двигаться. Поджав их под себя мне удалось со следующим рывком помощь другу и немного вытолкнуть своё тело на середину ступенек.
- М-м-м, - продолжал мычать Толик, дёргая за лямки рюкзака.
Мне ещё раз удалось помочь другу, и мы поднялись к самой крышке люка.
Я смотрел вниз и сучил ногами стараясь поскорее вытащить их из дыры, мне казалось, что сейчас вновь появится щупальце и одним рывком стащит меня вниз.
- А-а-а, - вдруг заорал я и упав на бок сумел всё-таки вынуть ноги.
В тот же момент, Толян, с очередным мычанием, навалившись всем телом, захлопнул крышку погреба, едва не зацепив мою ступню.
Я инстинктивно отдёрнул ногу уже понимая, что крышка меня не заденет.
Ко мне нагнулся Анатолий, растирая по щекам слёзы.
- М… м… м…, - попытался он что-то сказать и зарыдал, обхватив голову руками.
А я никак не мог отдышаться. Мне казалось, что я не дышал несколько минут. И теперь мои лёгкие жгло огнём. Закашлявшись я выплюнул кровавый сгусток. Язык болел, видимо я прикусил его и это натёкшую с него кровь я и сплюнул.
Мне с трудом удалось подняться, и мой друг ткнулся мне головой в плечо. Мы обнялись.
- Толя, - выдохнул я, - спасибо тебе, что не бросил.
- М-м-м… - промычал он в ответ покрутив пальцем у виска.