Она получила всё.
6:13 утра.
Я просыпаюсь от запаха.
Что то жарится .
Аромат свежей выпечки.
Я иду на кухню.
Кирилл уже готовит .
Он стоит у плиты — сосредоточенный и уверенный.
На столе уже лежат блины.
Сгущёнка.
Он знает, как Вика любит блины.
Готовит всё, что принесёт ей радость.
Но когда я говорю, что не люблю что-то,
он лишь отводит взгляд.
А Вика называет меня неблагодарной.
Я моюсь,
выхожу,
садясь к столу.
Он гладит меня по голове,
спрашивает:
«Всё хорошо??»
Я киваю и улыбаюсь.
Но внутри — боль.
Страх накрывает,
и я не хочу уходить.
Хочу остаться,
даже если это причиняет мне боль.
Пока он рядом,
я не одна.
Через минуту появляется Вика,
босиком,
в коротких шортах и топике.
Она смотрит на меня, как на пустоту.
Подходит к Кириллу,
обнимает его,
прижимается грудью.
Слышу, как она говорит:
«Ты приготовил блинчики.
Спасибо, обожаю тебя!»
Он отвечает:
«Я знаю, ты от этого без ума.
Но ты ведь знаешь, что я хочу?»
Она, не задумываясь:
«Поцелуй.»
Она встаёт на цыпочки и целует его,
долго,
со страстью.
Но её глаза не отрываются от меня,
словно она хочет сказать:
«Он мой! Он выбрал меня.»
Он отстраняется,
смотрит на меня.
Сказав:
«Ешь,
а то остынет.»
7:15.
Завтрак завершён.
Кирилл моет посуду,
я помогаю,
вытирая тарелки.
Вика сидит,
смотрит на меня,
не отводя взгляда,
словно говорит:
«Даже не пытайся что-то выкинуть.»
Кирилл поворачивается и спрашивает:
«Поможешь мне прибраться в кладовке?»
Я:
«Конечно.»
Он улыбается:
«Спасибо, ты очень выручаешь.»
9:00.
Кирилл уходит.
Перед выходом говорит:
«Я скоро вернусь,
не ссорьтесь.
Я знаю, вы сможете поладить.»
Он целует Вику —
долго,
с чувством,
потом быстро целует меня в лоб,
как отец.
Дверь закрывается.
Тишина.
Вика смотрит на меня,
снимает улыбку,
говорит:
«Тебе повезло,
он простил.
Если бы не я,
сейчас всё было бы гораздо хуже, чем в тот день.
Так что будь благодарна.»
Она уходит в свою комнату,
куда мне запрещено заходить.
Там её личное пространство.
Только Кирилл может входить туда без спроса.
12:00.
Кирилл возвращается,
я дрожу.
Как сегодня прошёл день?
Он зол ?
Он будет наказывать?
Он гладит меня по голове:
«Не бойся, всё хорошо.
Я не буду наказывать.
Просто будь послушной,