– Ну мааам - тянет мой проказник - Давай хоть три в неделю.
– Подтянешь чтение – подумаю - ставлю свое условие.
Захар недовольно сопит, но не продолжает выпрашивать. Он вообще редко что-то рьяно просит. А с чтением у нас, действительно, проблемы. Из-за нелюбимой им буквы "р" оно трудно ему даётся. И с логопедом мы занимаемся неохотно. Поэтому, почему бы не воспользоваться внезапно проснувшейся любовью к компьютерным играм во благо?
Подъехав к дому выбираемся из автомобиля. Мои мысли снова возвращаются к тому, что произошло несколькими часами ранее. Все же хорошо, что в парк не поехали. Нужно быстренько убрать следы преступления.
Уже на пороге дома меня окликает Лука:
– Инна Владимировна, у Вас все хорошо? Ничего не хотите мне рассказать? - спрашивает, а у меня внутри проносится страх. Неужели он знает? Но стараюсь не выдать себя.
– Не знаю, Лука. А что я должна рассказать? - задаю вопрос.
– Ладно, не берите в голову. Возможно мне просто показалось - отвечает и как-то слишком пристально всматривается в мое лицо.
– Хорошо. Мы сегодня больше никуда не собираемся, так что можешь быть свободен - равнодушно отвечаю.
Лука в ответ сдержанно кивает и я с Захаром заходим в дом. Но на самом пороге, вспоминаю планы на завтра и теперь уже я окликаю своего охранника.
– Лука, подожди, я забыла - парень внимательно смотрит и ждёт, что я скажу. Даже с места не сдвинулся, когда я его отпустила - Встреча с Костей на завтра переносится. К четырем нужно быть на месте.
– Завтра Степан на смену заступает, но я ему передам.
– Спасибо - улыбаюсь ему и все же захожу в дом.
Сняв верхнюю одежду Захар сразу же несётся в свою комнату. Видимо "в контру рубиться". Я не спеша направляюсь к себе.
В ванной комнате смотрю на свое отражение и поражаюсь. Нет, особых изменений нет, но глаза… Странный шальной взгляд, непонятный блеск делают их выразительней. А если ещё и улыбнуться, так вообще сойду за счастливую.
Полностью оголяюсь и снова смотрю в зеркало. И мне, черт возьми, нравится то, что я вижу! А вижу я женщину. Не приложение к мужчине, не вещь без чувств, не человека, который в постоянном напряжении от сокрытия внутренней бури. На меня смотрит ЖЕНЩИНА: расслабленная, красивая и в ее глазах читается что-то кроме привычных боли, тоски или равнодушия.
Рассматриваю более внимательно каждую деталь своего отражения. Просто хочу запомнить, потому что после душа вернётся привычная версия меня. Отмечаю несколько покрасневших пятен на ягодицах. Синяков не будет, кожа у меня не настолько чувствительная, к утру должно все сойти. Зато знание, что на мне есть следы другого мужчины... мужчины после секса с которым не хочешь бежать дезинфицировать каждый миллиметр своего тела, как-то воодушевляет. Главное, чтоб муж не заметил этого.
Начинаю смеяться. Да, Инка, молодец! Ниче не скажешь. Поздновато об этом задумалась. Да и Виталий сегодня на Анжеле оторваться должен. Но на всякий случай спать лягу пораньше. Спящую меня он обычно не трогает.
Снова хихикнув своим размышлениям отправилась в душ. Как бы не хотелось смывать с себя этот день, но он уже закончился. А значит сегодня уже практически прошлое. А прошлое нужно оставлять в прошлом. Но с памяти этот день не сотру никогда.
Глава 8.
– В общем, в пятницу планирую Алле предложение сделать, потому и перенес нашу встречу - сообщает мне Костя.
Мы встретились с ним раньше, чем планировали, он сам попросил перенести наши с ним посиделки. Обычно встречаемся дважды в месяц. Это единственный мой родной человек, не считая сына, в этом городе с которым я могу общаться. Я его плохо помню с детства, он мой двоюродный брат по папиной линии, когда-то приезжал к нам, а потом перестал. Это все, что могу о нашем общем прошлом сказать. В мою нынешнюю жизнь вошёл когда я узнала о беременности. Не знаю как, но именно он выбил у Голубова эти встречи. Пробовал уговорить меня на развод, пытался выведать детали моей семейной жизни, но ничего у него тогда не получилось. И он бросил эти попытки, только иногда спрашивает не надумала ли я чего.
– Ты в этом уверен? - спрашиваю брата.
– Честно? Я много думал. Мы три года вместе, да и Алла уже намекает, что наши отношения перестали двигаться - последние слова немного протягивает, а я фыркаю.