— Значит, ты хочешь поехать в город? — сказал он, наблюдая, как она проглатывает еду перед тем, как допить остатки чая.
Талия изящно вытерла рот.
— Да. Если это не запрещено. — Она нахмурилась из-за пятнышка чая, упавшего ей на грудь. Она промокнула пятно, уделяя особое внимание тому, чтобы провести салфеткой по декольте, которое было на специальном обозрении благодаря темно-зеленому платью, которое она носила.
Она взглянула на Кассия, у которого дрогнула челюсть.
— Это не запрещено, — наконец сказал он.
Талия приподняла бровь.
— Тогда я хотела бы поехать. Я уверена, что в вашем мире принято устраивать фанфары, когда появляется королевская особа, но мне это не нужно. Я предпочла бы, чтобы меня воспринимали как… меня. — Последняя часть вышла неловко, и Кассий отметил это, раздув ноздри.
— Тебе понадобится сопровождающий, — отрезал Кассий.
— Конечно, — почти промурлыкала Талия. Она повернулась к Кигану. — Ты занят сегодня днем?
Камилла поперхнулась, когда пила из своего кубка.
Киган взглянул на Кассия, но Талия проигнорировала последнего.
— Боюсь, у меня есть другие обязанности.
Талия сохранила свою улыбку застывшей, не позволив ей сползти, когда повернулась к Камилле, которая прятала смех за своей чашкой.
— Может, ты составишь мне компанию?
Камилла покачала головой, пытаясь и не в силах скрыть свою усмешку.
— У меня тоже другие обязанности.
Хорошо, тогда Лорд Дамиан, даже если нахождение рядом с ним все еще нервировало ее. Но прежде чем она успела открыть рот, красноглазый Вампир сказал плавно:
— Боюсь, у меня такая же причина, Принцесса. Но Лорд Кассий послужит вам.
Талия медленно перевела взгляд на Кассия, который уставился на Лорда Дамиана с такой яростью, что Талия удивилась, как Вампир не загорелся.
— И ты проводишь меня?
Иметь Кассия в сопровождении было далеко не идеально, не с ним, следящим за каждым ее шагом. Но жертвы были нужны, если у нее была хоть какая-то надежда узнать больше о мире Вампиров и о том, как она может их всех уничтожить.
Кассий играл с черным пером, его пальцы скручивали его так сильно, что оно чуть не сломалось. Наконец он сказал:
— У меня есть кое-какие дела, но да. Мы можем выехать через час.
Талия почувствовала прилив удовлетворения, когда встала, ее стул отодвинулся с этим движением.
— Тогда я жду с нетерпением.
Быть вне замка днем было шоком для чувств.
Солнце оставалось прочно за облаками, небо было серым и унылым, будто готовилось к дождю. Это окутывало весь двор своего рода мраком, который, казалось, ждал Талию, стоявшую на ступенях замка.
Несколько стражников находились у нее за спиной, неся караул. Талия убедилась, что и нож Кассия, и подарок принца были пристегнуты к ее поясу. Она также переоделась в штаны и облегающую тунику — практичную одежду на случай, если что-то пойдет не так, например, Вампир решит, что он не слишком благосклонно относится к человеку, который теперь служит их принцессой.
Талия вытянула шею, когда Кассий провел двух лошадей через арку, должно быть, со стороны конюшен. Ей действительно нужно было раздобыть карту замка. Учитывая его обширность и тихие коридоры, одни боги знают, что могло таиться за неожиданными углами.
— У меня будет своя лошадь? — спросила Талия.
Кассий приподнял бровь, регулируя стремена лошади, на которой она поедет. Серая в яблоках кобыла опустила голову, и Талия почесала ее челку.
— Ты разочарована?
Талия позволила лошади обнюхать ее пальцы.
— Не разочарована, а удивлена. Как ее зовут?
Кассий помедлил.
— Ферьена.
Волна печали захлестнула ее, когда она подумала о своем собственном жеребце Гелиосе. Она проводила часы, скача на нем, до того, как весь ее мир пошел прахом. И часто Кассий ехал рядом с ней.
Это было до его предательства.
До того, как он решил, что хочет власти, а не ее.
Затем остались только она и Гелиос, когда она преследовала его по Агрипе.
— Стоит ли мне беспокоиться о том, что ты едешь одна? — Голос Кассия прервал ее мысли.
Талия встретила его взгляд, его синие глаза были пристально устремлены на нее. Он, должно быть, заметил перемену в ее эмоциях, потому что выпрямился, когда она сказала:
— Я же говорила тебе, теперь это мой дом. Было бы глупо делать что-то, что поставит под угрозу хрупкий договор между нашими народами. Я здесь, чтобы извлечь максимум из моих обстоятельств.
Кассий даровал ей еще один взгляд, прежде чем жестом пригласил ее вперед.