Ручка двери задергалась, и Талия положила на нее руку.
— Ты заперлась?
— Помогите, — отчетливо женский голос.
Живот Талии сжался. Возможно, это была та самая женщина, в чьей комнате она была. Какого хрена она там заперлась?
— Подожди, — крикнула Талия. Она попробовала ручку, но та не поддалась. Талия выругалась. — Секунду.
Талия не слышала ответа женщины, когда взлетела по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, направилась на кухню, пока не заметила нож для масла.
Она схватила его и побежала обратно к двери, которая теперь тряслась с удвоенной силой.
— Я здесь, — запыхавшись, сказала Талия. Она засунула нож в замочную скважину, поворачивая его. — Почти готово… — Замок щелкнул, и Талия вздохнула с облегчением, распахивая дверь. — Как вы…
Слова замерли у нее в горле.
На пороге стояла женщина. Длинные рыжеватые волосы падали на талию спутанным клубком. На ней была только простая ночная рубашка, ткань была рваной и грязной. Ее золотистые глаза расширились, радужки были мутными, когда она разглядывала Талию.
Но это пенистые капли, падающие с разорванных губ женщины, заставили Талию отступить назад. Капли брызнули на ее платье, оставляя за собой следы.
Сердце Талии начало подниматься, и ноздри Вампира раздулись. Раз. Затем дважды.
— Помогите, — сказала укушенная Вампирша, обнажая клыки.
Талия побежала.
Она добралась до верха лестницы, прежде чем руки схватили ее за плечи.
Вампирша с силой прижала ее спиной к стене так, что кости Талии застонали.
Талия не успела закричать, как Вампирша повернула голову и вонзила зубы прямо в шею Талии.
Боль, которую Талия никогда не испытывала, пронзила ее тело. Ее вены кипели, органы кричали, когда Вампирша делала долгие глотки крови, пила ее, как самое лучшее вино.
Талия дернулась, пытаясь сбросить Вампиршу, но та держалась крепко. Ее пальцы впились в запястья Талии с такой силой, что на коже остались синяки.
Сердце Талии в панике билось о грудную клетку.
Вампирша прижалась к ней, издавая низкие стоны в глубине горла.
Боль в теле Талии распространялась, когда ее жизненная кровь текла прямо в рот Вампирши.
Глаза Талии стали тяжелыми, сердце останавливалось и сбивалось с ритма.
Она не могла остановить Вампиршу. Ничего не могла сделать…
Темная фигура появилась перед ней, и Талия мельком увидела золотистые глаза, прежде чем Киган размахнулся деревянной доской размером с его предплечье. Она ударила Вампиршу по затылку с такой силой, что доска раскололась. Зубы Вампирши вырвались из шеи Талии, и та рухнула.
Дыхание Талии вырывалось влажными хрипами, когда Киган уставился на бездыханную Вампиршу у своих ног.
Раздался скрежет, и Талия подняла ослабевшую голову.
Кассий свернул за угол, его грудь вздымалась так же тяжело, как и у Талии. Его синие глаза метнулись к Вампирше у ног Кигана, затем к шее Талии. Его лицо превратилось в смесь ужаса, а затем откровенного страха.
Кровь стекала по ее горлу, пропитывая халат.
Талия сделала всего один шаг, прежде чем поняла, что ее ноги не работают, и глаза тоже.
Тьма заливала края ее зрения. Все, что она видела, это Кассия, бросающегося к ней, прежде чем она потеряла сознание.
Глава 31
Талия очнулась с закованными в цепи руками по обе стороны кровати.
Она дернулась, но немедленно пожалела об этом, потому что огонь вспыхнул во всем ее теле.
Талия застонала, ее голова упала на подушки. Ткань царапала ее — кожа покалывала от глубоко укоренившегося жжения.
— Она надежно закреплена? — услышала она Кассия где-то в комнате.
Легкое натяжение цепей на ее запястьях послало новую волну боли, распространяющуюся по телу.
— Да.
— Ты уверен? — прорычал Кассий.
— Да, — ответил Киган тихим голосом.
Талия сумела приоткрыть веки.
Кассий и Киган стояли в ногах кровати, последний скрестил руки на груди, лицо застыло в твердой решимости. Кассий же…
Он не мог перестать запускать пальцы в волосы, расхаживая так, будто хотел протереть ковер до дыр.
— Кассий? — Талия сумела заставить горло работать, несмотря на боль. Ее шея казалась висящей на ниточке, пульсирующая боль отдавалась от следов укуса.
Он перестал расхаживать, немедленно поворачиваясь к ней. Он оказался рядом с ней в мгновение ока.
— Я здесь.
Талия попыталась пошевелить руками, но вскрикнула, боль вспыхнула вдоль костей.
— Мне больно, — сказала она, слезы потекли из глаз.