— Он знает нашу историю?
Кассий встретил ее взгляд, брови нахмурились.
— Да.
— И он не ревнует?
Кассий остановил лошадь.
— А ты хочешь, чтобы он ревновал?
Талия почувствовала, как ее раздражение растет.
— Я хочу, чтобы он наконец появился. Я хочу наконец встретить человека, ради которого я выкорчевала всю свою жизнь.
— Ты встретишь.
— Когда? — Голос Талии повысился. — Когда я встречу его? У меня начинает складываться впечатление, что его вообще не существует.
Кассий уставился на нее еще мгновение, прежде чем подтолкнул Ферьену вперед.
— Принц не забыл о тебе, и ты встретишь его. Раньше, чем ожидаешь.
У Талии возникло неприятное чувство, что Кассий лжет.
Они разбили лагерь в небольшой лесной ложбине. Цветы мягко покачивались на ветру, пока они раскладывали спальные мешки. Киган ушел заняться лошадьми, а Талия наблюдала, как Кассий разводит костер, искры поднимаются с дымом.
Луна смотрела на нее сквозь листву, когда она устроилась.
— О чем ты думаешь? — Слова Кассия вырвали ее из задумчивости.
Она поняла, что покусывает ногти, и остановилась. Она не знала, может ли высказать свои опасения, свое смятение при мысли о том, что не будет с Кассием, даже после всего, что произошло…
— Ты скучаешь по нему? — выпалила Талия.
Кассий встретил ее взгляд через костер.
— По чему?
— По солнцу?
Брови Кассия нахмурились.
— Иногда. — Талия ждала, наблюдая, как эмоции мелькают в его глазах, слишком быстро, чтобы их расшифровать. — Иногда я скучаю по ощущению тепла на лице. Когда я мог смотреть в небо и знать, что, как бы мне ни было холодно, я знаю, где найти свет.
— Тебе все еще холодно?
— Да.
— Но ты горячий. — Кассий приподнял насмешливую бровь, и щеки Талии загорелись. — Я имею в виду, температура твоего тела. Я все еще чувствую твое тепло.
Кассий пожал плечами, обходя костер. Он взял бурдюк с водой, отпил, затем протянул ей.
— Мое тело может ощущаться таким, но моя внутренность — нет.
Талия скривилась, но тоже отпила. Кассий смотрел, как она глотает. Она вытерла рот тыльной стороной ладони. Она была рада, что не знает, что такое этот холод, что ее избавили от необходимости это узнать.
Кассий устроился на своем спальнике рядом с ее. Талия легла, натянув одеяло до подбородка. Между ними был фут расстояния, и Кассий взял свое одеяло, пытаясь устроиться поудобнее на жесткой земле.
— Мы прибудем в Перден завтра, — мягко сказал он. Смутно Талия услышала, как Киган возвращается и устраивается на своем спальнике по другую сторону костра.
Талия кивнула, подсунув руку под голову.
Напряжение натянулось между ними, костер внезапно стал слишком горячим.
Талия отбросила одеяло, и Кассий приподнял бровь.
— Все в порядке?
— Слишком жарко, — прошептала Талия. Ее сердце забилось чаще, и она не могла сказать почему. Возможно, из-за того, что глаза Кассия устремились к ее горлу. — Тебе… тебе все еще холодно?
Кассий выдавил маленькую улыбку.
— Я же сказал, мое тело может быть горячим, но внутри меня всегда такое чувство, будто я покрыт льдом.
Талия скривилась.
— Что останавливает это?
Глаза Кассия потемнели. Она едва дышала, когда его рука потянулась, убирая прядь волос с ее шеи.
— Обычно я могу согреться, если думаю о чем-то… возбуждающем.
— О чем, например? — прошептала Талия.
Пальцы Кассия не покидали ее шею.
— Например, о тебе.
Талия придвинулась ближе, жар его тела передался ей.
— И о чем ты думаешь?
Кассий усмехнулся, его пальцы скользнули по ее шее к руке.
— Я представляю, каково это было бы заняться с тобой любовью сейчас. Как четыре года многое изменили, но то, как мы были вместе, никогда не изменится.
Талия закрыла глаза, образ того, как он входит в нее, заставил ее гореть.
— Я думаю о тех маленьких звуках, что ты издаешь, — тихо сказал он. — Как ты ахаешь каждый раз, когда я беру в рот твою грудь. Как ты сжимаешься, когда мои пальцы внутри тебя.
Талия вздрогнула, представляя ощущение его зубов, царапающих ее сосок.
— Ты понятия не имеешь, каково это, Талия. — Он издал низкий смешок. — Как твои жасминовые духи сводят меня с ума. Заставляют хотеть содрать с тебя эти тесные штаны и поклоняться каждому дюйму тебя.
Талия открыла веки, увидев его темный взгляд. Его рука все еще лежала на ее руке, но она дрожала, нужда наполнила ее таким желанием, что она чуть не расплакалась.
— И когда ты так на меня смотришь, — выдавил Кассий, его глаза медленно поднялись к ее, — мне нужно все мое самообладание, чтобы не взять тебя прямо здесь. Трахать тебя, пока мы оба не забудем, кто мы и что делаем.