Наш экземпляр тем не менее сиял и что-то оживленно говорил на ходу Колин Нилд. Свой парень в доску, неугомонный и с большим запасом энергии – именно таким и должен быть адвокат Сэма Барроуза. Колин, как и прежде, была одета в тяжелое темно-синее пальто, смахивающее на одеяло. Однако на этот раз ее наряд оживляли некоторые изыски, как то: шляпка, перчатки и изящная кожаная сумочка. Она прислушивалась к своему собеседнику, который обильно жестикулировал, как вошедший в раж декоратор или прораб бригады строителей. Мне он чем-то понравился, и я почувствовал, как напряжение внутри немного ослабло, а вместо него появилась уверенность, что мы с ним поладим.
Барроуз сходил с трапа, внимательно глядя себе под ноги, глаза спрятаны за темными очками. Он также слушал, что говорит адвокат. Наконец он ступил на летное поле, и Мори тут же поспешил навстречу:
– Мистер Барроуз!
Тот отступил на шаг, чтоб дать дорогу следовавшим за ним людям, легко и гибко обернулся в нашу сторону и протянул руку.
– Мистер Рок?
– Да, сэр. – Мори с энтузиазмом пожал протянутую руку.
Они составили центральное ядро композиции, вокруг которого сгрудились все остальные – адвокат, секретарша и мы с Прис.
– Это Прис Фраунциммер и мой компаньон Луис Розен, – представил нас Мори.
– Счастлив познакомиться, – пожал руку и мне Барроуз. – А это моя секретарша, миссис Нилд, и мистер Бланк, адвокат.
Общий обмен рукопожатиями.
– Довольно холодно на поле, не правда ли? – Барроуз заторопился ко входу в здание.
Он шел так быстро, что нам всем пришлось чуть ли не галопировать за ним. Мне почему-то представилось стадо крупного рогатого скота. Хуже всех приходилось мистеру Бланку, его короткие ножки двигались, как ускоренные кадры в старом кино. Но это, похоже, не испортило ему настроения, он продолжал излучать благодушие.
– Бойсе, – огляделся он. – Бойсе, штат Айдахо. Интересно, что они еще придумают?
Колин Нилд, догнав меня, улыбнулась как старому знакомому.
– Рада снова видеть вас, мистер Розен. Ваш Стэнтон просто очаровал нас.
– Фантастическая конструкция, – подтвердил мистер Бланк и тепло улыбнулся мне. – Мы подумали, он из Службы внутренних доходов.
Мори и Барроуз первыми вошли в здание, следом Прис, а за ними – наша троица.
Миновав терминал, мы вышли с противоположной стороны. Барроуз и Мори к тому времени уже загружались в лимузин, водитель в униформе предупредительно придерживал дверцу.
– А багаж? – поинтересовался я у миссис Нилд.
– Никакого багажа. У нас не так уж много времени, мы планируем сегодня же ночью вылететь обратно. Если придется задержаться, купим все необходимое прямо здесь.
Это впечатлило меня, и я в ответ промычал что-то невразумительное. Наконец мы тоже разместились в лимузине, и водитель тронулся с места. Скоро мы уже катили по шоссе, соединяющем аэропорт с Бойсе.
– Не представляю, как Стэнтон может открыть адвокатскую контору в Сиэтле, – допытывался Мори у Барроуза. – У него же нет лицензии юриста в Вашингтоне.
– Думаю, в ближайшие дни вы все увидите. – Барроуз предложил мне и Мори сигареты из своего портсигара.
Меня поразила одна черта в Сэме Барроузе: он умел так держаться, что его серый костюм выглядел естественным покровом, как мех у животного, а вовсе не творением английского портного. Я хочу сказать: он смотрелся совершенно органично, как зубы или ногти, – просто часть его тела. То же самое относилось и к галстуку, туфлям, портсигару. Барроуз просто не замечал их, нимало не заботясь о своей внешности.
Вот оно, мироощущение мультимиллионера, подумалось мне.
Спрыгнув с лестницы, я обязательно посмотрю, не расстегнулась ли у меня ширинка. Это естественно для такой шушеры, как я, – бросать тревожные взгляды украдкой. То ли дело Сэм Барроуз – он никогда не станет волноваться из-за своей ширинки. Если она и расстегнется, то он просто ее застегнет. У меня мелькнула мысль: «Хотел бы я быть богачом!»
Я почувствовал себя несчастным. Здесь мое положение было безнадежным: я и об узле-то на галстуке не догадаюсь побеспокоиться! И вряд ли когда научусь этому.