Элю разрывало от возмущения.
— Вы оба, — сказала она холодно, подходя к ним. — Какого чёрта вы делаете?
— Эля, я просто… — начал Артём.
— Замолчи, — оборвала она его. — Я не нуждаюсь в вашей "помощи". Ни в твоей, ни в твоей, — она посмотрела на Виктора.
— Мы просто хотели… — попытался оправдаться Виктор.
— Хотели что? Решить за меня? — её голос дрожал от гнева. — Я больше не та девочка, которая позволит вам управлять её жизнью. Вы оба мне надоели.
Она сделала паузу, глядя на них с презрением.
— Если вы ещё раз попробуете влезть в мою жизнь, я обращусь в полицию.
Она развернулась и ушла, оставив их стоять в оцепенении.
Через несколько дней Максим позвонил ей, и она нехотя согласилась встретиться.
— Я просто хотел узнать, как ты, — сказал он, когда они сидели в кафе.
— Я в порядке, — ответила она коротко.
— Знаешь, я понял, что был эгоистичным. Я думал, что могу спасти тебя, но это было ошибкой.
Элеонора посмотрела на него с удивлением.
— Почему ты сейчас это говоришь?
— Потому что я хочу, чтобы ты знала: я больше не буду вмешиваться. Ты сильная, и тебе не нужен кто-то, кто будет решать за тебя.
Она задумалась.
— Спасибо, — сказала она наконец.
Максим кивнул и ушёл, оставив её одну.
Элеонора сидела у окна, глядя в окно. Она думала о том, что жизнь — это постоянный поиск баланса между порядком и хаосом.
"Наша жизнь — это уравнение, которое никогда не решить до конца," — подумала она.
Но теперь она знала, что в этом уравнении есть место для всего: для чисел, для чувств, для ошибок и для побед.
Глава 15
Утро первого дня межшкольного туристического соревнования выдалось туманным и прохладным. Элеонора проснулась раньше всех – ещё до рассвета, когда лес был окутан молочной дымкой, а воздух звенел от предутренней тишины. Она осторожно расстегнула полог палатки и вышла наружу, кутаясь в тонкую ветровку. Под ногами хрустел иней, оседающий на пожухлой траве, а где-то в чаще перекликались невидимые птицы.
Она чувствовала некоторое разочарование, что согласилась на эти соревнования, потому что как оказалось из прошлой её школы тоже приехала команда, в которой были те, кого она совсем не хотела видеть.
Но Эля решила просто наслаждаться природой и прекрасными видами вокруг. Дыхание превращалось в маленькие облачка, растворяющиеся в сером свете наступающего утра. Элеонора закрыла глаза, чувствуя, как холодный воздух обжигает лёгкие. Здесь, в этой первозданной тишине, она впервые за долгое время почувствовала себя свободной – от школьных сплетен, от тяжёлых взглядов, от собственных мыслей, которые крутились в голове, как белка в колесе.
Когда начались соревнования, она механически выполняла все задания – бегала с картой по маркированным точкам, помогала складывать рюкзаки на время, даже участвовала в конкурсе на лучшую установку палатки. Но всё это происходило будто сквозь лёгкую пелену. Она замечала, как Артём и Максим перешёптываются у костра, как Кристина бросает на неё быстрые оценивающие взгляды, как Виктор... Виктор делал вид, что её не существует.
Перетягивание каната началось неожиданно. Их с Виктором поставили в противоположные команды – случайно или нет, Элеонора не знала. Когда её пальцы сомкнулись вокруг грубой верёвки, а ноги упёрлись в сырую землю, она вдруг почувствовала, как по спине пробежал холодок. Виктор стоял прямо напротив, его пальцы почти касались её – только тонкий канат разделял их.
"Готовы?" – раздался голос судьи.
Элеонора не ответила. Она видела, как напряглись мышцы на руках Виктора, как его взгляд наконец поднялся и встретился с её взглядом – первый раз за всё это время. В его глазах было что-то неуловимое – может, сожаление, может, вопрос.
Свисток пронзил воздух. Канат натянулся, как струна, и Элеонора всем телом почувствовала это напряжение – не только физическое, но и то, что висело между ними все эти месяцы. Они тянули, земля под ногами превращалась в скользкую кашу, кто-то сзади кричал что-то ободряющее. И вдруг – Виктор ослабил хватку.
Это было едва заметно, но достаточно, чтобы равновесие нарушилось. Элина команда резко дёрнула канат на себя, и противники рухнули в грязь под хохот зрителей. Элеонора продолжала сжимать верёвку, не понимая, что только что произошло.
"Сорвались, да?" – кто-то хлопнул Виктора по плечу.
"Да... поскользнулся," – он отряхнул руки, избегая её взгляда.
Но она знала. Она видела. Он сделал это намеренно.