— Постой, посмотри на себя в зеркало: глаза красные и горят, как у безумца, волосы всклокоченные, осанка, я бы сказала, сгорбленная. Тебе не поверят. Могут даже вызвать скорую и положить в больницу для умалишенных.
— Ты права, Дези, но я все-таки пойду к директору. Он славный малый, он все поймет, жди меня к вечеру.
Харитонов сидел в кабинете Петра Семеновича.
— Что случилось, Эдуард Артемович? На тебе лица нет.
— Петр Семенович! Тут такое дело, не сочтите меня за сумасшедшего, но мы близки к разгадке! Как вы думаете, Петр Семенович, а могла ли наша цивилизация встретиться лицом к лицу с другой цивилизацией, только поменьше размером?
— Что-то, Харитонов, я вас не пойму, что-то вы говорите загадками. Скажите прямо, как есть.
— Вы только не волнуйтесь, Петр Семенович, — начал заикаться Эд. Разгадка совсем рядом. Дело в том, что в микромире есть другая цивилизация, похожая на нашу.
— Харитонов, я понимаю, что у вас горе, у вас при смерти молодая жена, вы не спали ночью. Я разрешаю вам две недели провести дома, отдохнуть и восстановить ваше подорвавшееся здоровье.
— Вы что, не верите мне? Я говорю правду! Я не псих, я не сумасшедший! — стал кричать молодой ученый.
Директор нажал кнопку, в кабинет вошел здоровый детина.
— Эдуард Артемович! Во время вашего отсутствия погибло еще пять хороших лаборантов, и я не хочу, чтобы вы продолжили этот печальный список.
— Василий, — кивнул он охраннику, — помоги покинуть здание заболевшему человеку. Нет! Подожди! Вызови скорую помощь! Он нуждается в срочной медицинской помощи. Видно, эта зараза пристала и к нему.
Харитонов рвался и метался, но прибывшие медики ввели ему успокоительное, и он больше ничего не помнил. Очнулся он в больнице, в одной палате с настоящими больными.
Глава 3.2 «А ты откуда все знаешь?»
Собака стояла над ребенком, оскалив пасть. Ее грязная серая шерсть торчала во все стороны клочьями, спина выгнута и напряжена. Ей нужно было сделать правильный выбор: продолжить рвать на клочки человеческого детеныша или отразить нападение бегущего на нее человека. Соразмерив скорость и расстояние между ним и собой, псина поняла, что успеет оторвать кусок мяса от девчонки и сбежать. Ямайка как будто прочитал мысли зверя. Теперь настал его черед просчитать обстановку и принять правильное решение. Он заметил, что на земле лежит острый диск для резки металла, и с силой бросил его в сторону собаки. Диск стремительно летел, вращаясь вокруг своей оси. Рассекая воздух, он попал собаке в шею и отсек голову, тело обмякло и свалилось рядом. Парень, добежав до девочки, кинулся к ней и увидел, что ребенок жив. Он осмотрел ее тело. На руке была глубокая рана, источающая темную, почти черную кровь. Он в одно мгновение снял с себя футболку, разорвал ее на ленты и перевязал рану.
— Со вторым рождением тебя!
— И тебя тоже!
— А меня зачем поздравлять?
— А тебя в тюрьме могли бы сгноить, ты бы там не выдержал. Ты птица вольная.
— А ты откуда знаешь, что я из заключения?
— Знаю. — И она хитро улыбнулась. — С этой минуты я словно прозрела и многое стала видеть и понимать.
— А что ты еще знаешь?
— Она тебя тоже любит, только об этом еще не знает.
— Аннета? С чего ты взяла? Ты же с ней даже не знакома.
— У нее есть рыжий кот, и его зовут как тебя — Ямайкой.
— Да ну! — присвистнул юноша.
Глава 3.3. «О, батюшка, куда вас понесло!»
Харитонов был крепко пристегнут широкими ремнями к кровати. Он выл от безысходности, вспоминая свою жену, и уже начал думать, что больше ее никогда не увидит. Ему было очень жаль, что он так и не смог ей помочь. Крутя головой и воя по-звериному, с надрывом, он привлек внимание врачей и вновь был обколот успокоительными. Очнувшись, он понял, что это будет происходить до бесконечности и надо как-то выбираться из инфекционной больницы. Кричать и выражать эмоции он больше не стал. А на врачебном осмотре заявил, что чувствует себя гораздо лучше.
— Почему вы так в этом уверены? — спросил его уставший немолодой врач в помятой белой шапочке, в медицинском респираторе и в больших запотевших очках. — Мы нашли в вашей крови много лейкоцитов, надо, батюшка, еще раз провериться, и почки у вас шалят. И приступы истерики у вас еще вчера были сильные.
— Да как вы смеете! — Харитонов снова стал нервничать. — Вы ничего не знаете, ничего не понимаете! Я ученый! Я сделал великое открытие! Эта эпидемия всего лишь атака другой цивилизации, не менее развитой, а может быть, даже более сильной.
— О, батюшка, куда вас понесло! Нет! Вы у нас точно надолго! Назначьте все то же самое, только увеличьте дозировки, — сказал он молодой медсестре, повернувшись к ней, — и привязывайте его покрепче, нам неприятности не нужны, мало ли что.