Сначала я не верила ей. Думала, что это всё лишь бред. Но ты не звонил. И я смирилась. Закончила институт и уехала в Москву. Здесь я больше не могла оставаться; боль была слишком сильной. Я не виню тебя — ты сам выбрал свою жизнь.
Он долго молчал, устремив на меня взгляд, полон тяжких дум, и наконец произнес: «Я не знаю, зачем ты сочинила все это безумие. Моя мама не могла поступить так. Она знала, как мне было тяжело без тебя, как я страдал в разлуке. Когда я открылся ей, рассказав о своей безысходности, она поведала мне, что ты приходила и делилась новостью: ты беременная, и любишь другого . Я не понимаю, зачем ты наговариваешь на человека, если сама когда-то сделала выбор. Зачем говоришь ложь, которая лишь усугубляет боль ? Может, ты сама запуталась в своих чувствах и теперь пытаешься отыграться на невиновном?
Меня затрясло от негодования, но я овладела своими чувствами и произнесла лишь одно: «Уходи, пожалуйста». Я не искала встречи с тобой, не мешала тебе жить — это ты пришел к нам. Мне нечего скрывать от тебя. Поговори лучше со своей мамой: зачем она поступила так и что хотела для тебя, я не знаю. Возможно, как невестка, я ее не устраивала; она стремилась к чему-то лучшему для тебя. Сейчас это уже не имеет значения. Всё в прошлом.
Он посмотрел на меня с болью и произнес: «В прошлом? Марина, в прошлом? А как же дети? Они мои дети! Кто дал тебе право решать за них?» В чем же я виноват? В том, что пропал на полтора месяца? У меня были дела, я хотел, чтобы, когда ты приедешь в Москву, ты ни в чем не нуждалась. Я мечтал, чтобы у нас была семья, способная жить в достатке. А что сделала ты? Отключила телефон и исчезла, не дав мне возможности растить своих детей, видеть их рождение, первые шаги, первые слова. Марина, как может всё быть в прошлом? Слезы катились по моим щекам, и я осознала, что из-за недопонимания жизнь могла сложиться иначе.
Но что сделано, то сделано, и уже не вернуть ничего. В комнату забежали мои непоседы и начали скакать вокруг стола. Виталя поймал Варю и, смеясь, принялся щекотать её, к ним подбежал Никита. Они закружились в игре, весело хохоча, и я не могла отвести взгляд от этой картины. В их беззаботном веселье таилась жизнь, полная ярких мгновений.
Думала: «Наверняка ты прав, не следовало сдаваться так легко. Нужно было бороться за своё счастье, найти тебя и заставить признаться лицом к лицу, что ты больше не хочет отношений». В тот миг я осознала важность не только борьбы за свои чувства, но и умения радоваться моментам, которые дарит нам жизнь .
Виталий
Когда я увидел детей, меня словно поразила молния. Они так похожи на меня. Внезапно я осознал — они мои, и не мог поверить: как она могла так поступить и, главное, зачем была эта сказка о другом. Сидя на кухне и перебирая в уме всё произошедшее, я не понимал, за что и почему. Когда она вошла, я молча ждал, что она объяснит. После её слов о моей матери во мне вспыхнул гнев. Она натворила дел, лишила меня семьи и детей, а теперь сбрасывает вину на другого человека. Да, моя мама, конечно, не подарок, но вряд ли способна на такое.
В кухню ворвались дети, и мои руки сами потянулись к девочке — я начал щекотать её, к нам присоединился брат, и вскоре мы радостно играли. В этот момент я был счастлив, как никогда. Я понял, что мне нужно было именно это — их безмятежный радостный смех, их руки в моих руках. Оказалось, так приятно, когда детский смех наполняет воздух, и ты держишь их , даже не зная, как их зовут.
Мы поиграли немного, и этот бурный ураган, словно дуновение ветра, стремительно улетел в комнату. Подняв взгляд на Марину, я увидел слезы, собравшиеся в ее глазах, отражающие глубину её душевной тревоги. Будущее предо мной окутано неопределенностью, но одно мне ясно сказал я : я жажду общения с моими детьми. Хочу быть свидетелем их роста, делить вместе с ними как горести, так и радости. Умоляю — не лишай меня этой возможности. И, конечно, мне необходимо, чтобы ты рассказала им, кто я есть на самом деле. Марина, молча кивая, выразила согласие. Затем я покинул комнату, и тяжесть разлуки легла на сердце .
Пока я ехал домой, мои мысли немного упорядочились, и я решил остановиться у матери, чтобы поговорить с ней. Последние слова Марины о том, что ей нет смысла лгать, по-прежнему не покидали мой разум. Подъехав к дому, я вошел в гостиную, и тут же ощутил присутствие гостей – интересно, кто бы это мог быть? Пройдя дальше, я увидел, что на диване сидят мама и моя бывшая девушка Ангелина. Мы расстались около трех месяцев назад, и наши отношения едва ли можно было назвать серьезными. Она словно не давала мне прохода, и в конечном итоге я, как мне казалось, уступил. Встреча была не слишком приятной для меня: прошло столько времени, а Ангелина всё равно продолжала названивать, присылать по сто сообщений в день, приходила в офис и устраивала истерики. И вот снова она здесь, как символ того, что нельзя просто взять и забыть.