Влад пригласил Римму пообедать в близлежащем спокойном ресторанчике. Они поели, согрелись горячим чаем.
— Знаете, Влад, я как-то давно прочитала, что наибольшее количество губной помады используют женщины Арабских Эмиратов, — сказала Римма, когда провела взглядом блондинку с ярко накрашенными губами. — Долго не могла понять, зачем им помада под паранджой, если их губы никто не видит. И только сейчас осознала.
— Странно. Зачем же?
— Мы дома можем ходить без косметики на лице, иногда даже непричесанными, без маникюра, и, только идя в люди, красимся, а у них наоборот, потому что они это делают для себя! — сказала она, выделив слова «для себя».
Вечером Римма поговорила с детьми и мужем. Снова только пара заезженных фраз: «У нас все хорошо», «Как ты? Все нормально?», «Нет времени», «Поговорим потом».
На душе стало грустно оттого, что в ее жизни все было не так.
«И исправить что-то уже поздно», — подумала Римма, ложась спать.
Вдвоем
По возвращении в родной город Влад собирался устроить шумную вечеринку в своем доме, но ограничился лишь встречей с двумя близкими друзьями — Яриком и Костяном. Все знакомые, друзья и подруги доставали Влада звонками с предложением встретиться, поговорить, выпить, потусить. Он по возможности заезжал к ним на работу или домой, ненадолго, скорее из-за возможности увидеться и уважения, делал это по старой дружбе, не оставляя времени на долгие разговоры и выпивки. Его жизненное пространство постепенно заполняли встречи с Риммой. Проводя все свободное время с ней, Влад отдыхал душой. Рядом с этой женщиной он чувствовал себя легко, с Риммой было просто и непринужденно. Ему не приходилось врать, чтобы выставить себя лучше, чем он был на самом деле, или стараться, как любил говорить его отец, «не только быть, но и казаться». От Риммы исходил невидимый свет, ясный и чистый, и эта замужняя женщина, намного старше его, была гораздо чище бывших подруг и даже Ани.
Лариса… Она связывалась с Владом каждое воскресенье по скайпу. Он видел на экране монитора ее лицо, слышал голос. Несомненно, она была красивой. Такие яркие, стройные брюнетки бросаются в глаза мужчинам, как магнитом притягивают их взоры. Ровный загар тела, всегда ухоженные руки, идеальный маникюр, наращенные ресницы и накачанные пухлые губы — что еще нужно, чтобы женщина выглядела привлекательно? Но чем больше Влад всматривался в черты Ларисы, тем больше разочаровывался в ней. Ее голос был часто фальшивым, а взлет бровей и взмах больших ресниц отдавали неискренностью. Лариса напоминала каждый раз об их предстоящей свадьбе, а Влад не знал, любит она его или следует рекомендациям родителей. Она часто капризничала, но это было так наигранно, что Владу становилось тошно.
— Ты меня не забыл, мой котик? — пела она фальшиво.
— Нет, моя кошечка, тебя забыть невозможно, — с легкой иронией говорил он, а Лариса этого не замечала.
Она выпячивала губы «уточкой» и чмокала. В такой миг Владу представлялся на его щеке огромный красный отпечаток помады, и от этого хотелось бежать в душ, чтобы умыться.
Звонил Владу и отец. Чаще всего он интересовался, как сыну отдыхается.
— Пока наслаждаюсь домом, — обычно отвечал он.
— Еще успеешь насладиться им, — смеялся отец, — скоро он станет полностью твоим. Куда, сын, собираешься махнуть на отдых?
— Пока думаю, — уклончиво отвечал он.
— Сумму на карточку я тебе перевел для отдыха приличную, ты ее заслужил, поэтому отдохни, как полагается будущему крупному бизнесмену, — важно говорил отец. — Помни, что надо не только быть, но и казаться.
— Я помню, папа, — отвечал Влад.
Он помнил все напутствия отца, но встречи и разговоры с Риммой заставили его задуматься о том, что такое быть собой и действительно ли нужно подстраиваться всю жизнь под кого-то, чтобы «не только быть, но и казаться». Все в его душе перевернулось, дав почву для размышлений. Мысли в нем жили на разрыв. Один раз Влад думал, что нужно всегда оставаться самим собой и тогда он будет жить своей жизнью, а не станет приспособленцем и потеряет личную свободу. Иной раз он такие мысли отрицал, понимая, что ему все равно придется вести крупный бизнес и для этого нужно под кем-то прогнуться, кому-то угодить, встречаться с неприятными людьми и стать хитрым, чтобы не обошли и не обманули конкуренты. А еще ему придется жениться на Ларисе, которая станет матерью его детей. Он плохо себе представлял ее в качестве заботливой матери с ее напомаженными губами и длинными ногтями. Еще тоскливее становилось, когда он представлял, как после тяжелого рабочего дня ему придется вечером возвращаться в круг семьи. Вопросов было много, и первый из них: будет ли его тянуть домой?