Ей оставалось несколько дней быть счастливой рядом с Владом. Она знала, что вскоре его и ее родные вернутся и они уже не смогут проводить все время вместе, поэтому старалась впитать в себя каждый миг, проведенный рядом с ним. Она захотела снова сидеть у камина и наблюдать за прыгающими языками пламени в камине, чувствовать тепло огня и тела Влада.
Римма лежала на диванчике, положив голову Владу на колени.
— Скоро будет два месяца, как мы познакомились, — сказал Влад. — Надо будет это отметить чем-то необычным.
— Знаешь, о чем я думаю? — тихо произнесла Римма.
— Не знаю. Скажешь — буду знать.
— Я стала по-настоящему счастлива тогда, когда неизлечимо заболела. Сказать кому такое — не поверят. Переосмыслив свою прожитую жизнь, я узнала ее истинную ценность, только когда мне поставили страшный диагноз. Сейчас я думаю о том, что было бы со мной дальше, не случись беды. Наверное, я бы и дальше не жила, а впустую проживала свою жизнь, рядом был бы муж, который меня не любит и которого я не люблю. Я бы не узнала, что такое по-настоящему быть счастливой, когда не ходишь по земле, а летаешь, когда готов за любимого человека отдать все до последней капли, до последнего вздоха. Теперь я знаю, что такое настоящее счастье, и это благодаря встрече с тобой.
— Это я должен благодарить судьбу за то, что подарила встречу с тобой. Ты навсегда изменила мою жизнь. Я дал объявление, тебе случайно попалась на глаза эта газета.
— В жизни все случайности не случайны — это уже известно, только мы не всегда понимаем, зачем и почему они происходят. Зачастую люди идут проторенной тропой по жизни, не задумываясь, их ли это дорожка… Это как шар, который катится с горки, набирая скорость, и не может остановиться или свернуть в сторону. Каждодневные хлопоты, заботы, работа, быт — все это жадно съедает их драгоценное время, которое им отведено на этом свете. И самое большое заблуждение людей — это мысль о том, что у них все еще впереди. Знаю, что я это уже говорила и снова повторилась, но ведь беда людей в том, что все думают, что впереди у них очень-очень много времени, поэтому они откладывают все хорошее на потом, а живут ведь не завтра, а сегодня, сейчас, и никто не знает, наступит ли завтра и будет ли это «потом».
Римма замолчала. Влад поглаживал ее волосы. Ему казалось, что ей приятно ощущать прикосновение его рук. Она блаженно прикрыла глаза, наслаждаясь лаской мужчины.
— Как поздно я все это поняла! — вздохнув, продолжила Римма. — Если бы я все это осознала раньше, то смогла бы остановиться и все было бы иначе.
— Тогда мы бы не встретились.
— Ты прав. Наверное, так и было бы. Кто знает, как бы сложились наши отношения, если бы не твое объявление.
— Мы бы все равно встретились. Ты же сама сказала, что ничего случайного с нами не происходит.
Римма улыбнулась, повернула к нему лицо, посмотрела прямо в глаза.
— Ты просто прошел бы мимо рыжей женщины, которая старше тебя, — сказала она, выделяя каждое слово.
— Мы с тобой познакомились совсем недавно, а кажется, что я знаю тебя сто лет.
— Мы… всегда… были… вместе, — произнесла она тихо, но четко, вложив в каждое слово море нежности.
— Мы всегда были вместе, — задумчиво повторил он слова Риммы.
После отправки Владом результатов новых обследований Риммы в клинику Израиля прошло несколько дней. Оттуда писали, что не гарантируют полного выздоровления, но готовы взять в клинику пациентку, так как шансы на излечение есть, хоть и не очень большие. Клиника выставила сумму за курс лечения — она заставила Влада задуматься. Таких денег у него не было. Если бы время терпело, он смог бы сам заработать, но времени у Риммы не осталось. Из клиники так и написали, что отсчет времени идет на дни и часы. Оставался один выход — попросить денег взаймы у родителей, которые приедут завтра. Влад не стал говорить Римме о возникшей финансовой проблеме, чтобы не портить их последнюю совместную ночь в доме.
Римма пыталась быть веселой и даже казаться беззаботной, но от Влада не скрылось то, что каждое движение приносит ей боль, что она сильно похудела и под глазами появилась синюшность. Даже слова, которые Римма и раньше проговаривала нараспев, стали отрывистее и с большей паузой между ними.
— Мы будем вместе, — в который раз повторял Влад. — Возвращение родителей ничего не меняет.
— Завтра все изменится, — сказала Римма. — Так вышло, что я тоже завтра встречусь с детьми и Игорем. Совпадение? Случайность? Не думаю.
— Завтра мы будем в домашнем кругу, ты и я, а послезавтра я снова буду ждать тебя на нашем месте.