К тому же сегодня снова выглянуло солнце, погода радовала, и мне хотелось насладиться своим небольшим фальшивым отпуском.
- Александра, вы любите лошадей? – спросил меня Ларин.
- Люблю, - ответила я, не задумываясь. – Я вообще люблю всех животных.
- И крыс? – вставила свои пять копеек Элина.
- И крыс. Они мне ничего плохого не сделали. Знаете, я вообще не припомню, чтобы хоть кто-то из животных меня чем-то обидел. Если меня кто и обижал или расстраивал, так это люди. Мне вообще порой кажется, что без людей на этой планете была бы идиллия.
- Но не все же такие плохие, - улыбнулся Сергей Антонович.
- Конечно. Большинство из тех, кто меня окружает, просто замечательные. Я в целом, просто объясняю, почему люблю всех животных без исключения. Мне кажется, что они лучше нас, - улыбнулась я.
Не хотела ударяться в философию, просто решила хоть немного заткнуть Элину. И она и впрямь не нашлась, что мне ответить. Может, у нее на языке и вертелось что-то едкое, но она не озвучила свои мысли. Видимо, понимала, что черту переступать нельзя.
Меня все это время удивлял ее молчаливый муж. Рома мне часто поддакивал, Сергей Антонович вообще любитель поговорить, а Элинин супруг как будто немой. Хотя, возможно, он просто побаивается свою жену.
- А вы катались когда-нибудь на лошадях? – не отставал Ларин. Вообще, он чаще со мной общался, чем с остальными. Словно, проверял меня. Хотя, как по мне, проверять надо Игнатова.
- Только в детстве, в парке развлечений, - снова улыбнулась я.
- Предлагаю сегодня это исправить.
Все смотрели на меня. Рома тоже, и словно говорил своим взглядом, чтобы я соглашалась. Хотя, и впрямь, что я теряю?
- Я за, надеюсь, не навернусь с лошади.
- Ну, что вы, - рассмеялся Сергей Антонович, - вы же сразу не поскачете на ней. Так, сделаете кружок под присмотром профессионала.
- Тогда, я за.
Краем глаза я видела, что Элина крайне недовольна. Видимо, что я не только на отца ее покусилась, но еще и на лошадей. Но, если честно, мне уже было все равно. В конце концов, если у нее проблемы, пускай к психологу обращается.
После завтрака мы немного отдохнули. Я порисовала, наслаждаясь тишиной и одиночеством. Что делали остальные, я не знала. Да и все равно мне было.
А в районе обеда мы отправились к лошадям.
Признаться, мне и впрямь нравятся эти грациозные животные. Однако, я их слегка побаиваюсь. Как представлю, что сижу на спине у такой махины, становится несколько неуютно.
Но отступать было поздно. Мне было бы стыдно дать заднюю, когда мы уже оказались на месте.
Элина тут же подскочила к лошадям. Было видно, что они ее хорошо знают. Наверное, поэтому она и ревновала, ведь это ее игрушки.
- Мы дадим вам эту лошадь, Звездочку, - подошел ко мне какой-то человек, видимо, кто-то вроде инструктора.
- Нет, Звездочка моя! – тут же возмутилась хозяйская дочь. Мне спорить не хотелось, поэтому я тут же согласилась:
- Давайте я на другом прокачусь.
Инструктор покосился на хозяина дома, но все же возразил.
- Рон не слишком любит чужих, на нем опасно ездить неопытным наездникам. Лучше на Звездочке.
Элина, как ребенок, надула губы.
- Ради безопасности Александры, пусть так и будет, - заключил Ларин.
- Тогда я поеду на Роне, - фыркнула Элина.
- Только не в одно время. Он может погнать Звездочку, ей лучше будет одной.
Было видно, как злится эта девица. Но я же тут не причем. Но ради ее удовольствия, я не сяду на опасного коня. Жизнь дороже.
Я еле залезла на лошадь. Вот честно, думала, что я спортивнее. И когда Звездочка сделала пару шагов, мне резко захотелось слезть. Но меня успокоили, сказали, что я привыкну.
Вначале инструктор водил лошадь, а я, как ребенок, просто на ней каталась. И впрямь, через какое-то время я даже стала получать удовольствие.
Потом мне дали поводья в руки, объяснили, что нужно делать.
- Давайте один кружок сами, а я буду рядом, - улыбнулся мужчина.
Было страшновато, но интересно. Поэтому я согласилась.
Вначале все было замечательно. Лошадь и впрямь была очень спокойная, тихонько шла, скинуть меня не пыталась. Но потом что-то произошло…
Что случилось, я поняла гораздо позднее. В тот момент я просто сильно испугалась.
Звездочка, которая до этого мирно, даже как-то лениво, шла вдоль ограждения, вдруг резко поскакала.
Я пыталась натянуть поводья, но она меня не слушалась. Хотя, наверное, это все же я что-то не то делала.
Я видела, что ко мне все рванули. Они что-то кричали, махали руками. Но я в тот момент уже смутно соображала. Была лишь мысль, что я не должна упасть. Что мне хочется жить.