- А с ребенком что? - так и спросила я, на что не услышала ответ. Точнее он был, но не понятный лично для меня.
Я уже хотела во всем разобраться, как мама взглянула в сторону гостиной и, о чем-то вспомнив, извиняясь, вышла из кухни, но Эйб-то остался. Вот на кого я все свои вопросы и негодования выплеснула.
- Вы же не бросите его? Я этого не допущу. Вы его родители, а значит, будете сидеть и воспитывать его, а не выкидывать в Академию, как меня.
- Мы тебя и не выкидывали, - ответил Эйб, сосредоточившись на ложке, которой помешивал кофе.
- О да, не выкидывали. Ты по каким-то причинам бросил мать, а она меня, осталось только ждать кого брошу я, чтобы сохранять семейную традицию. Или опять все пойдет по новой? Ты ее, а она ребенка?
Эйб устало вздохнул, как будто я об этом говорю все время, не упуская ни минуты. А во мне начала кипеть злость. Давняя, детская злость и негодование, что меня бросили в Академии, и что это может повториться теперь с моим братом.
- Мы не бросим, так как никогда и не бросали, - Эйб повысил голос, чтобы я не начала говорить и послушала его. - Я всегда следил за тобой, пусть ты об этом и не знала.
- Ага, и поэтому нас не находили все два года, которые мы были в бегах, - с сарказмом сказала я.
- Вот поэтому вас не убили в течение двух лет, - тихо проговорил он, а в глазах заиграли опасные нотки, но мне было все равно на них, так как решалась жизнь еще не родившегося существа, который уж точно изменит многое.
- Дело даже не в этих двух годах, за которые нас как-то не убили. А просто вы меня все бросили, пока я не уехала в Россию, и матери не пришло в голову позвонить тебе и попросить вернуть меня домой. Раз вы не можете сидеть и воспитывать маленьких детей, то и не рожайте! И вообще, кто знает, может, мама родит, и ты уедешь, не попрощавшись. Мне нужна гарантия, что этого не будет.
Эйб ухмыльнулся.
- И что же я должен сделать? - спросил он у меня. - Жениться на ней или что?
- Ну хотя бы жениться, - согласила я, на что морой нагло рассмеялся.
- Роза, - обратился он ко мне серьезным, беспрекословным тоном, - Я никогда не буду тебе ничего доказывать, тем более такими методами, как женитьба на Джанин. Этого никогда не будет. Просто поверь мне на слово, если хочешь.
На этом наш разговор закончился. В гостиной послышались шаги мамы, и мы с отцом сделали приветливые лица, хотя думаю, что она понимала, что мы говорили не о погоде. На стол были поставлены круассаны, чему я была безмерно рада, так как пить чай в пустую мне никогда не нравилось.
Сходив в ванную комнату, высушив волосы и уложив их волнами, чтобы они выглядели сексуально и красиво, хотя потом будет не важно, что на моей голове, надев самое лучшее нижнее белье, которое выиграло в длительном голосовании, и подготовив кровать, я стала ждать Дмитрия, который в свою очередь мне не дал этого делать, так как, как только усевшись на кровать и печально вздохнув, я услышала, как он поднимается по лестнице.
Я, предвкушая вечер, встала около двери, держась за ручку, чтобы во время открыть, когда Дмитрий подойдет к ней. Улыбка не сходила с моего лица, так как мне нравились все эти приготовления, и, особенно, когда они оправдывают своих надежд и потраченного времени.
Дмитрий остановился, и я, нажав на ручку, толкнула дверь, сразу отпуская ее, встала в позу, облокотившись об косяк двери, скрестив ноги и ухмыльнувшись. Взгляд мужа медленно прошелся по мне, отмечая мой внешний вид. На мне был прозрачный черный пеньюар, кружевные трусики. В наборе были и чулки, но я решила их не надевать, так как больше одежды тогда пришлось бы снимать, а мне не хотелось, чтобы на мне что-то было одето.
- Ну что, Дмитрий Беликов, Вы готовы к бурной ночи? - спросила я, проводя пальцами по вороту его рубашки, переходя на его шею и вниз, расстегивая первую пуговицу.
Он ухмыльнулся, ничего не говоря, поднял руку и провел ею по левому боку, который был свободен в отличие от другого, который опирался все еще о косяк. Я потянула его в комнату, закрыла дверь и прижала к ней мужа, который и не сопротивлялся.
- Как дежурство? - тихо спросила я, подходя к нему ближе и, сосредоточив взгляд только лишь на его груди, расстегнула вторую пуговицу его рубашки.
- Отлично, - в тон ответил он и положил руку мне на талию, не залезая под пеньюар, и сжимая ее.
- И это все, что ты можешь сказать? - спросила я, целуя то, что пока что сумела оголить, и расстегивая еще пуговицу.
- Я присутствовал на ужине Кристиана, Рика и Лиссы, - начал перечислять он, а я спускалась все ниже и ниже. - Они говорили, - Я ухмыльнулась таким потрясающим описаниям мужа. - Обо всем они говорили. И еще они попрощались с ним. Рик мимолетом сказал, что он расстроен тем, что не увидел тебя перед отлетом. Но думаю, это было просто издевательством надо мной.
Мои губы дошли до его живота, а руки наоборот все еще были на боках Дмитрия, медленно спускаясь вниз. Я мимолетно отвлеклась от потрясающего тела мужа и спросила, не глядя на него:
- И это издевательство таковым и было?
Дмитрий покачал головой, а его руки сжали мои волосы, сильнее прижимая мою голову к себе, и я продолжила спускаться вниз, уже встав на колени.
- Нет, мне было все равно. Я же знал, что меня ждет после дежурства.
- Ты устал? - спросила я, очерчивая пальцами шрам на животе Дмитрия и переходя к ремню.
- Да, - только ответил он, а его руки сильнее сжали мои волосы.
Я быстро расстегнули ремень, прикрывая глаза и улыбаясь от звука метала, который взбудоражил мое тело, и, не сдержавшись, простонала. Мне оставалось только стянуть с Дмитрия боксеры, что я и сделала.
- Хочешь, я помогу тебе снять усталость? - прошептала я, поднимая голову.
Дмитрий кивнул, а я встала с колен и потянула его на кровать, снимая с него рубашку и отбрасывая ее в сторону кресла. Опрокинув мужа на кровать, я залезла на него и встала на коленях, возвышаясь над ним, двигая бедрами и немного приседая, чтобы он ощущал это, а не только видел.
Руки Дмитрия схватились за мою талию, поднимая пеньюар, и сжимая ее в такт моим движениям бедрами. Я наклонилась и поцеловала его в шею, опираясь руками о его грудь. Дмитрий медленно перешел руками на мои ягодицы и сжал их, прижимая ближе к своему телу. Эрекцию своего мужа я никак не могла не заметить. Он хотел меня было перевернуть, но я отказала ему, прижавшись полностью к нему бедрами, обескураживая его этим.
- Сегодня никаких лежаний на мне, - приказала я, беря его лицо в свои руки и наклоняясь для страстного поцелуя.
Наши языки сразу сплелись, борясь за превосходство, которого не было. Пальцы Дмитрия зашли под мои трусики, возбуждая меня сильнее своими движениями там. Не удержавшись и простонав сквозь поцелуй, я выгнула спину и уткнулась ему в плечо, переводя дух.
Дмитрий сел на кровать, обняв меня, и начал целовать в шею, подбирая мои волосы и поднимая их, чтобы они не мешались, чему я была благодарна, так как мне уже стало жарко, а шея вспотела. Схватив волосы и перебросив их на один бок, я подставила оголенную шею, но Дмитрий теперь не хотел целовать ее.
Его руки прошлись вверх по моему животу под пеньюаром, а потом на спину, чтобы расстегнуть его. Отбросив его в сторону, Дмитрий немного отодвинул меня, чтобы посмотреть на то, что открылось его взгляду - грудь, которая медленно поднималась и опускалась, так как я пыталась выровнять свое дыхание. Пальцы мужа сжали ее, а его губы начали целовать, возбуждая и доводя меня до предела. Его губы, язык и пальцы играли с моими сосками, от чего я выгибала спину, стонала и шептала имя Дмитрия.
Я обняла его за спину, цепляясь ногтями за его плечи, тем самым царапая их. Поцелуи Дмитрия переместились на верх, мою ключицу, что меня огорчило, так как его губы на моей груди заводили меня больше. Но почувствовав, что его пальцы снова полезли ко мне в трусики, я никак не могла ничего сказать против поцелуев на ключице.