Он вылез из машины и поправил одежду, которая была смята, так как на заднем сиденье было мало места, а высокий Дмитрий должен был там еще и кресло установить.
- Ты нам все отдала? - спросила я у мамы, передавая ребенка в руки Дмитрия, который только смог разогнуться. - Все рекомендации рассказала?
Мама задумалась, а я уже приготовилась слушать продолжением по уходу за детьми, но потом она кивнула.
- Вроде все. Только отворачивайте его лицо от ветра, - напоследок сказала она, когда Дмитрий клал моего брата в кресло и пристегивал со всех сторон, за которые можно было.
- Зачем? - удивилась я. - Кожа нежная, что не выдержит холодного ветерка?
Мама сверила меня взглядом, а я подняла руки наверх, не понимая, зачем это нужно.
- Он задохнется.
- От встречного ветра? - скептически переспросила я.
- Они не умеют еще дышать против ветра и задыхаются, - ответила мать, и я понимающе простонала.
- Ну теперь все понятно, - ответила я, садясь рядом с водительским сиденьем под внимательный взгляд мамы, который думала, поверю ли я, что дети задыхаются при встречном ветре или нет. Но не скрою, что мне было интересно.
- Мы готовы? - спросила я у Дмитрия, пристегивая ремень и оглядываясь на Макса, который спокойно лежал в кресле и игрался с погремушкой.
Дмитрий кивнул, и машина тронулась. Я откинулась на сиденье и выдохнула.
- Ты насадку взял, чтобы купить нужную? - спросила я, сверяя, что мы ничего не забыли.
- Да, мамочка, - с улыбкой ответил он и повернул машину вправо. Я шутя толкнула его в плечо, чтобы он меня больше так не называл.
Никогда не знала, что существует столько насадок на один душ. Нам предлагали самые разнообразные и со светодиодом разных цветов, “лейку” или “тарелку” мы хотим. Я не хотела отвечать на все эти непонятые для меня вопросы про простую душевую насадку, что даже занялась ребенком. Точнее просто ходила с ним по магазину подальше от всех витрин, так как он все трогал, тянул и хватал, а платить за испорченные в магазине товары не хотелось.
- Хватит, Макс, все трогать, - прошипела я, прекрасно понимая, что ему все равно на мои приказы. - Твоя будущая жизнь и карьера зависит от меня, не забывай. Я тебе могу за это отомстить через двадцать лет, когда попросишь нас с Дмитрием дать мороя, которого ты хочешь, - подняв его на уровне своих глаз, начала я угрожать ему, но он только засунул себе пальцы в рот и немного улыбнулся, - и дам тебе мороя, который будет жить на Алтае, вот повеселишься тогда.
Но Макса явно только веселили мои угрозы, которые могли стать реальностью. Закатив глаза на эгоизм и лицемерие всех детей, я обратно притянула его к себе, чтобы его цепкие детские ручки ничего не трогали.
Мы прошли еще один круг вокруг разнообразных кранов и подошли к Дмитрию, который уже выбрал нужную насадку и стоял на кассе.
- Смотри, кто у нас тут, - сказала я Максу милым голосом. - У нас тут Дмитрий.
О да, Роза. на тебя десятиминутное общение с ребенком уже повлияло. Никогда не понимала, зачем все время комментировать, говорить не своим голосом и факты, которые никому не нужны, и малышу подавно, так как он ничего не понимает, но я так говорила и в тоже время пыталась избавится от этой, уже приевшийся, привычки.
- Сейчас он все купит, и мы поедем домой, где я тебя отдам обратно родителям!
На последнем слове я вскинула свободную руку и торжественно покрутила пальцами в воздухе, как будто лампочки заворачиваю. Точно пошла деградация. Я думала, что на меня будут смотреть странно, так как умилительным голосом говорю с ничего непонимающим ребенком, якобы заворачиваю в воздухе лампочки, и все это происходит вечером. Но видимо это было нормой, что немного меня успокаивало.
- Я купил даже две, чтобы потом в свой выходной не мотаться сюда, - оповестил меня Дмитрий, кладя насадки в мешок.
- Замечательно, - сказала я, немного подбрасывая брата в воздухе, сопровождая его полет звуками. - Боже, Дмитрий, отбери у меня ребенка, а то я, кажется, уже немного тупею.
Дмитрий тихо рассмеялся и поддержал мне дверь, чтобы мы вышли на улицу.
- Я возьму, когда мы дойдем до машины. Ребенок на тебя отлично влияет, ты становишься спокойной и милой, когда разговариваешь с ним.
Я смерила его взглядом и перестала подкидывать Макса, крепко беря его на руки.
- Запомни, малыш, - обратилась я к нему, - я личный страж королевы, а не милая твоя нянька.
Дмитрий засмеялся. Мы дошли до машины, и я начала ждать, пока он откроет ее, чтобы я могла положить ребенка и освободить себя от детского влияния.
- Ты не милая нянька, - успокоил меня Дмитрий, повернувшись ко мне. - Ты потрясающая нянька.
- О давай, успокаивай меня, что я еще небезнадежна.
Дмитрий поцеловал меня, открыл дверь в машину и взял у меня ребенка, чтобы пристегнуть его, так как в этом деле я точно была неучем. Обойдя машину, чтобы сесть на свое место, я по привычки оглянулась и прислушалась: ничего. Уже садясь в машину, я услышала хлопок, но, оглянувшись, увидела, что это Дмитрий закрывал дверцу машины, и успокоилась. Все же есть свои минусы стража: ты всегда, везде и во всем ищешь угрозу для жизни.
- Дмитрий, давай быстрее! - крикнула я, когда мой муж долго не садился в машину.
Он осматривал улицу, держась за ручку двери. Не выдержав, я перегнулась через сиденье и помогла открыть ему дверь.
- Влезай уже, - нетерпеливо приказала я ему, так как мне не нравилось, что он тоже что-то заметил. Сейчас не время встречаться со стригоями.
Дмитрий напряженно посмотрел на меня и, медленно сев в машину, завел ее.
- Скажи, что у тебя нет какого-то предчувствия, - сказала я, пристегивая ремень и поправляя волосы.
- Я тебя огорчу, - напряженно ответил он, а я простонала.
За время работы стражей у тебя начинает вырабатываться предчувствие, что сейчас что-то будет: нападут стригои, взорвется дом - все, что угодно, но ты это отчетливо чувствуешь. Эти предчувствия полезны, но мне они не нравились, как будто на тебя надвигается сзади поглощающая тьма, ты знаешь, что она тебя накрывает, но не представляешь, что она принесет.
- Тогда едем быстрее отсюда, - сказала я, оглянувшись на Макса, который засыпал. Видимо машина и поездки его хорошо усыпляют, что было сейчас на руку, так как вопли ребенка мне еще не хватало выслушивать.
- Нет, надо проверить, - строго сказал Дмитрий, отстегивая ремень.
- Что ты сказал? - чуть ли не пропищав, спросила я. - О нет, только не надо тут геройствовать. Может, нам просто кажется, так что езжай.
Дмитрий повернулся ко мне. По его взгляду было видно, что он решил идти и проверить и мои мольбы тут ничем не помогут.
- Когда кажется креститься надо, - снова он использовал какую-то русскую поговорку. - Вдруг нам не кажется, и не-мертвые налетят на машину, как тогда? - предположил он, вспоминая, как на нас напали после возвращения с похорон Виктора Дашкова. - У нас в машине ребенок. Он может пострадать, а сейчас мы защищаем его, то есть я иду, проверяю, если никого нет, то возвращаюсь, и мы спокойно едем домой.
- А если нет? - прошептала я. - А если там будут стригои и не один?
Дмитрий взял мою руку и сжал, внимательно смотря мне в глаза.
- Тогда ты знаешь, как поступить, - тихо сказал он, поцеловал меня в щеку, открыл дверь и вышел наружу.
Я хотела его окликнуть, схватить и не дать уйти, но во мне заговорил страж, для которого это было верное решение. Пересев на водительское сиденье и схватив руль руками, я начала напряженно смотреть, как мой муж идет по темной улице, в которой много переулков, что мне не нравилось.
Он дошел до ее конца и осмотрелся, я тоже начала щурить глаза, так как после всматривания в темноту только она мне и кажется. Но мой взгляд никак не смог упустить движение за одним из мусорных баков. Стригой.
- Один, - посчитала я, но Дмитрий никак не мог увидеть его, так как именно с его стороны были баки, только если звук, хотя думаю, что стригой был бесшумным, но Дмитрий нашел взглядом другого не-мертвого, что меня обрадовало меньше всего. - Два, - я сжала руль сильнее. Не будь на заднем сиденье ребенка, я бы вышла на помощь мужу, но я обязана была оставаться в машине, что меня сейчас выводило из себя. - Три.