- Но ее будут повторять, - сказала я. Голос мой становился все лучше и лучше, и я могла узнавать его. - Занавесь окно, - попросила я, и мама, спохватившись, быстро закрыла плотные занавески, и в палате стало темнее.
Я удовлетворенно прикрыла глаза и откинулась на подушку. пусть на ней и лежала. Мама присела рядом со мной и продолжила свой рассказ, который меня интересовал и который я слушала закрытыми глазами. Никто не был против.
- Конечно, будут. Но на ближайшие полгода мы себя обезопасили. Дмитрий сейчас с теми дампирами, которые напали на тебя, - добавила она.
В ее голосе слышалась нежности, и я невольно улыбнулась. Конечно, он мог отлучится только для того, чтобы поучаствовать в их допросе или хотя бы проследить за этим.
- Из-за чего вы так поссорились? - Этого вопроса никак нельзя было миновать, и я это понимала. - Хотя теперь думаю, что она пройдет, так как Дмитрий был сам не свой, - поделилась мама, и я открыла глаза, заинтересованно глядя на нее и требуя продолжения. - Кажется, все, что между вами произошло да и с самой ситуации, выело его, что даже не пытался сдерживать свои чувства.
- Что он делал? - спросила я, чувствуя себя девчушкой, которая кормится только сплетнями, но мне сильно хотелось узнать его реакцию на все произошедшее, понимая, что потом увижу его опять в сдержанном виде.
- Командовал, - просто ответила мама, но по ее глазам можно было прочесть, что это не просто было командование. - Он все это делал яростно. Ему тогда никто не посмел перечить, даже Ганс, который смело мог не слушаться его. В первый раз такое вижу. Дмитрий саморучно провел всех нападающих дампиров по камерам и приказал другим, в какой очередности всех допрашивать. Кажется, в тот момент он был готов самостоятельно их повесить. Ты была во-второй раз при смерти, - В-третий поправила я ее в мыслях. - Много крови ты потеряла, пришлось сделать переливание. Дмитрий был сильно озабочен твоим здоровьем. Я никак не могла сидеть возле палаты, так как надо было ухаживать за Максимилианом, - Я поморщилась от его ужасного полного имени. - Но утром пришла узнать, как прошла операция. Он все еще был в коридоре, а потом не вылезая сидел в твоей палате. Никто даже не пытался выгонять его от тебя, когда меня не пускали, говоря, что смысла нет, что ты без сознания. Только сейчас мне разрешили, а Дмитрий ушел к дампирам.
Я улыбалась. Дмитрий так переживал за меня, что не терпелось увидеть это своими глазами, ведь точно знала, что когда он придет всех этих переживаний я никак не увижу. Только серьезность, обеспокоенность. Мама заботливо отодвинула мою прядь волос, которая мне мешалась и которую я не могла снять.
- Если вы с Максом куда-нибудь идете то все - что-нибудь случится. Два раза сидела с ним, и два раза нападали, - с усмешкой сказала мама, и я с ней согласилась, легким кивком головы.
Она сегодня была готова к излиянию мне своих чувств, и это было странным, но зато я могла узнать много интересного. Видимо я много часов была в отключке и все успели меня похоронить, раз мама только и делала, что говорила.
- Знаешь, что я снова поняла, Роза? - спросила она у меня, хотя этот вопрос не нуждается в ответе, так как он просто был для привлечения моего внимания. - Дмитрий тот, кто тебе нужен. Пусть сначала я была в легком шоке и недоумении, пусть и догадывалась про вас, и даже не одобряла вас как пару, но с каждым днем я убеждаюсь, что это замечательно, что Дмитрий с тобой. Можно быть полностью спокойной за тебя и не только на физическом уровне. Ты счастлива с ним, и не думаю, что кто-то еще так затронет твое сердце, как он.
Вся речь матери была неспроста, и я все ждала, когда она дойдет до момента, к которому она ведет через чувства Дмитрия и мои, но слушать это было приятно, особенно от собственной матери. Она не заставила себя ждать и начала говорить:
- К чему я это все говорю? - Сегодня мама озвучивает мои мысли. - Я не знаю, что у вас случилось, но это явно серьезная вещь, раз вы были оба как бараны и не уступали друг другу, что должно быть происходит редко, но настоятельно прошу, чтобы вы всяческими способами помирились и как можно быстрее. И если твое ранение в этом поможет, то я буду рада, что это нападение случилось, так как оно должно подтолкнуть вас на спокойный разговор.
Я просто смотрела на маму, ничего не говоря. Я была в шоке услышать такую речь от мамы, которая сдерживала свои мысли и эмоции, что мне всегда приходилось догадываться. Сейчас, а может это случилось раньше, наши с ней отношения стали лучше, чего я боялась, но в то же время радовалась этому.
В палату зашла медсестра и отругала мою мать за то, что не позвала ее как только я пришла в себя. Моройка начала выкладывать на тумбочке множество лекарств, а я прикрыла глаза, зная, какими будут последующие действия. Мне вколют снотворное, и меня окутает сон. Мне не хотелось спать: боялась, что, снова проснувшись, не застану Дмитрия.
Но я зря беспокоилась, так как когда во-второй раз проснувшись и простонав от яркого света, который меня выбешивал и слепил. Я попыталась уткнуться в подушку, чтобы хоть как-то приглушить его. Видимо на меня не жалели ламп, да и просыпалась я днем. Приглушили свет, чтобы не слепил мои глаза.
- Доброе утро, спящая красавица.
Я узнала это обращение, которое он сказал только однажды, когда в меня выстрелили в грудь, и никак не могла улыбнуться ему. Открыв глаза, которые уже привыкли к свету, что все же просачивался через занавеску, я посмотрела на Дмитрия.
Он стоял, возвышаясь надо мной и внимательно осматривал меня. Я видела, что Дмитрий беспокоился за меня, но, как и предсказывала, остальные чувства или прошли или он их сдерживал.
- Сколько я проспала? - спросил я, прерывая тишину и некий барьер между нами.
Дмитрий в два шага подошел ко мне и сел на край кровати, как раньше сделала мама, но только ближе ко мне. Он так же не отводил от меня взгляда.
- Три дня с нападения и еще один, - ответил он.
Его рука немного поднялась и замерла. Я изнутри закусила губу, желая, чтобы он прикоснулся ко мне. Для меня это бы многое значило, например, то, что наша с ним “холодная война” закончилась. но так же ожидание убивало меня. Я никак не смогла сдержать облегченный выдох, когда его рука коснулась моей щеки, еле ощутимо проводя по ней.
Я прикрыла глаза и повернула голову, чтобы прижать его руку сильнее к себе, наслаждаясь его кожей, касаниями, которых долго не было. Я и не представляла, что мне этого так не хватало. Сейчас мне не хотелось отпускать Дмитрия даже на шаг, только ближе.
- И как там, снаружи?
- Все хорошо. Лисса с Кристианом и Максом в порядке. Дампиров допрашивают, и скоро должен пройти суд.
- Их повесят? - спросила я. Мне не хотелось, чтобы их казнили, наверное, потому, что сама могла оказаться на их месте.
- Уже не факт, - покачав головой и проведя по моей щеке большим пальцем, сказал Дмитрий. - Могут просто посадить, а казнить только главного. И то есть вероятность, что ждет его только заключение в тюрьме, как и других.
Я кивнула, уже не придавая его словам такого сильного значения. Мне хотелось просто знать, что он рядом. Я даже забыла о нашей ссоре, пока Дмитрий не напомнил о ней, что следовало ожидать.
- Роза, нам надо поговорить.
- Да, надо, - согласилась я с ним, открывая глаза и морщась от боли, которая вернулась ко мне.
Дмитрий заметил это и обеспокоенно посмотрел на мой живот, но я убедила его, что это нормально и чтобы он не вызывал медсестру, которая меня опять отправит в сон, чего мне совершенно не хотелось. Теперь я знала, чем закончится этот разговор - перемирием, но оно может тяжело даться и с последствиями.
- Ты точно можешь? - спросил он, и я кивнула.
- Я хочу сейчас во всем разобраться, чтобы уже не мучиться больше насчет этого.
Дмитрий кивнул, соглашаясь со мной, но еще долго смотрел на меня и гладил мою щеку до того, чтобы начать. Я сразу терялась и не могла понять, как начать разговор, с чего, но мой муж все знал, и мне не пришлось первой разрывать эту тишину, которая за последнее время не была ненавистной и тяжелой.