— Всё нормально, — осторожно ответил Мякин.
— Нормально, — не поворачиваясь к Мякину, повторил бородатый. — То есть у вас замечаний нет?
— То есть замечаний нет, — повторил Мякин.
Бородатый около минуты стоял молча, Мякин даже подумал: не отойти ли ему от этого собеседника? Но из вежливости остался на своём месте.
— Я понимаю вас: вы боитесь сказать правду, — продолжил бородатый.
Мякин решил немедля избавиться от новой проблемы и объявил:
— Я пошёл. — И, отвернувшись от бородатого, зашагал прочь.
— Имейте в виду, — услышал он вдогонку, — я этот вопрос задам вам на утреннем обходе.
Мякина эта фраза как-то сразу остановила.
«На утреннем обходе», — повторил он про себя и обернулся. Бородатый стоял в той же неподвижной позе и не отрываясь смотрел в окно.
— Вы доктор? — тихо спросил Мякин.
— Это имеет значение? — ответил бородатый. — Вы боитесь докторов больше, чем пациентов?
Мякин понял, что если сейчас не уйдёт к себе, то ввяжется в этот тягомотный разговор, но любопытство, а скорее мякинская нерешительность заставила его ответить:
— Я никого не боюсь.
— Странно, — сказал бородатый. — Очень странно, вы неправильный пациент.
— Почему неправильный? — удивился Мякин.
Бородатый наконец-то повернулся к Мякину лицом и строго сказал:
— Вы же видите, что дежурной нет на месте. Это непорядок, а говорите, что всё нормально. Зачем вы это сделали?
Мякину стало скучно, он подошёл к окну, помолчал несколько секунд, вздохнул и тихо ответил:
— А какое вам дело до меня? Если вы доктор, то сами и занимайтесь своей дежурной, а если вы кто-то другой, то вам лечиться надобно, а не рассуждать.
Бородатый отвернулся от Мякина и двинулся к столу дежурной. Мякин с изумлением заметил, что бородатый сел за стол, открыл какой-то журнал и углубился в чтение.
«Сумасшедший дом!» — подумал Мякин и вернулся к себе в палату.
— Вы опять где-то бродите, — услышал он недовольный голос профессора. — Уже скоро семь, а вас нет! Мы все изнервничались.
Мякин удивлённо посмотрел на спящих соседей и тихо ответил профессору:
— Все спят, нервничаете только вы.
Профессор лёг набок и продолжил:
— Вот что я вам, господин Мякин, скажу: неправильный вы человек. Мы нервничаем, а вам хоть бы хны!
«Я с утра уже дважды неправильный», — подумал Мякин и ответил:
— Если у вас ко мне есть конкретные претензии, то я готов выслушать вас, а если это просто так, то, пожалуйста, прекратите ко мне приставать.
Профессор затих. Мякин улёгся на кровать поверх одеяла, закрыл глаза и сразу же задремал.
— Доброе утро, доброе утро, — услышал он незнакомый женский голос. В палате зажгли большой свет. Тот же голос произнёс: — Меряем температуру.
Мякин открыл глаза. Симпатичная девушка с улыбкой подала ему стеклянный термометр. Она обошла всех пациентов и на выходе из палаты добавила:
— Скоро завтрак. Доброго вам дня и приятного аппетита.
— Спасибо, — за всех ответил седой.
Через десять минут Мякин намерил себе нормальную температуру, сел в кровати и хотел было податься в туалетную комнату, чтобы привести себя в порядок, но остановился, бухгалтер неожиданно застонал на всю палату:
— Опять на красной! Опять на красной! Боже мой, сколько же можно, я не выдержу этого!
Мякин вопросительно посмотрел на профессора. Тот, не обращая внимания на вопли бухгалтера, ритмично тряс термометр и приговаривал:
— Вот же, подсунут чужую температуру, а ты потом отвечай!
Инструментальщик вытащил свой градусник из подмышки, поднялся с кровати и подошёл к расстроенному бухгалтеру.
— На, возьми мой. У меня не на красной. — С этими словами он протянул свой термометр бухгалтеру. Тот недоверчиво взглянул на инструментальщика, на его термометр и с сомнением спросил:
— У вас точно не на красной?
— Точно, как в твоей бухгалтерии, — последовал ответ.
— Вы можете гарантировать? — снова спросил бухгалтер.
— А чего тут сомневаться! На, смотри.
Бухгалтер осторожно взял чужой градусник, долго разглядывал его, поворачивал так и эдак и наконец изрёк:
— Этот мне подойдёт, только куда я дену этот? — И он достал из подмышки свой термометр.
— Отдай его мне, — предложил инструментальщик.
— Как же я вам его отдам без отчёта? Мне его вручили под отчёт — мне его сдать нужно.
— Ну, как хочешь, — равнодушно ответил инструментальщик и возвратился на своё место.
— Ерундой занимаются, — укоризненно произнёс профессор, продолжая трясти свой термометр. — Без стыда и совести берут чужую температуру, а потом жалуются, что не так лечат.