Зато Чума дала волю своим чувствам:
— Ты!!! — закричала она Хлынову, выскакивая из машины. — Что тебе надо?! Что ты привязался к нам, а?!
Хлынов словно и не слышал этого крика. Он с интересом разглядывал машину девочек, которая пострадала значительно больше, чем его «Нива».
— Да-а, — задумчиво протянул он. — Большой ремонт здесь потребуется.
— Ты раскурочил нам машину! — кричала на него Чума. — Ты охренел, папик?!
Хлынов был все так же невозмутим. Да, — кивнул он. — Ущерб большой. Готов возместить его вам. Надо подождать милицию. Эксперты определят сумму ущерба, суд его утвердит, установит размер морального ущерба, который я тоже готов возместить, и после всего вышеперечисленного я все вам выплачу.
Он говорил спокойно, рассудительно, и любой другой человек, окажись он на месте Чумы, вздохнул бы с облегчением. Но не Чума.
— Гад! — только и смогла проговорить она и обернулась к Татьяне. — Эй! Вылезай!
Но Таня уже и так не без труда выбиралась из покореженного «жигуленка».
Хлынов вдруг испугался. Он мог не успеть сделать того, что задумал. Эти девчонки, чего доброго, разбегутся в разные стороны, и тогда он точно ничего не сможет сделать. Тем более что он не решил еще, кто из них ему нравится больше.
— Вот что! — торопливо заговорил он. — Давайте сделаем так, девочки. Я вижу, вы торопитесь. Жаль, что с вашей машиной получилось так… Могу предложить вам свою.
Чума внимательно посмотрела на него, а потом перевела взгляд на Таню. Та пожала плечами.
Вероника снова посмотрела на Хлынова и спросила чуть смягчившимся голосом:
— А чего ты гнался за нами?
Хлынов постарался улыбнуться так, чтобы показаться смущенным, и ему это удалось.
— Черт его знает! — пожал он плечами. — Как затмение какое-то нашло. Вижу — девочки гоняются, развлекаются. Мне тоже иногда хочется развлечься таким вот образом. Согласитесь, что таких девочек, как вы, встретишь не часто.
Звучало это неубедительно, но Чуме очень хотелось ему поверить, и она поверила.
— Послушайте, — сказал им Хлынов. — Через несколько минут милиция будет здесь. За машину, — он кивнул на разбитый «жигуленок», — я вам заплачу. Мне с ментами встречаться не очень хочется, если честно. Садитесь в мою машину, поедем скорей отсюда и по дороге обо всем договоримся.
Что-то говорило Чуме, что не следует излишне доверять этому человеку, но она понимала, что в его предложении есть смысл, это было бы лучшим решением их проблем. И поэтому она просто отмахнулась от Тани, когда та робко проговорила:
— Вероника, не надо…
— А что надо?! — повернулась она к ней, бешено сверкая глазами. — Ждать, пока сюда наедет куча ментов? Этого тебе надо?! Мне — не надо!
И, повернувшись к Хлынову, она кивнула:
— Ладно, папик, — сказала она. — Но смотри: веди себя хорошо, а то мы с моей подругой яйца тебе поотрываем. Понял?
И, взяв за руку Таню, пошла к «Ниве». От ее последних слов Хлынова охватило такое возбуждение, что он едва сумел взять себя в руки. Сглотнув внезапно набежавшую слюну, он только сказал:
— Понял.
Чума села рядом с ним, Таня — на заднее сиденье. Он не знал, конечно, их имен. Потом узнает. Они скажут, когда… Ну, хорошо, рано пока об этом думать.
— Куда вам? — спросил он.
— Пока прямо, — ответила та, что больше всех кричала. — Скорей отсюда.
Хлынов кивнул в знак согласия. Он действительно многое понимал. Итак, они принимали участие в ограблении банка — это уже давно стало ясно.
— Ну вот, — недовольно посмотрел он в зеркало заднего обзора. — Вот они и приехали. Быстро.
— Кто? — переспросила Чума.
— Менты, кто же еще?
Вероника обернулась, чтобы посмотреть назад, и перед Хлыновым показалось место на ее шее, куда лучше всего бить, чтобы отключить девицу.
Что он и сделал.
Резким движением ладони он ударил Веронику по сонной артерии. Девочка всхлипнула и моментально потеряла сознание.
— Что вы делаете?! — воскликнула Таня, бросаясь на него и колотя его плечи слабыми своими кулачками. — Что вы делаете?!
Он спокойно взял ее за волосы, оттянул голову, несколько секунд смотрел на беззащитную шею Тани, словно смаковал то, что сейчас сделает. И ударил. Точно так же.
Две девочки лежали в салоне его машины без сознания.
Хлынов завел машину, развернулся и, выехав из переулка на широкую улицу, взял направление на кольцевую дорогу, стараясь соблюдать правила дорожного движения.