-Ваше Величество, разрешите обратиться?
-Разрешаю, - заинтересованно и даже как-то слишком спокойно для человека, у которого сын сам себя упек за решетку, отозвался Санавир.
-Могу я поговорить с Ринсдеем? Он совершает большую ошибку. Взрыв на поле – результат недостаточной магической защиты, но не его вина, - начала я издалека, а шед Алуа аж поперхнулся воздухом и грозно глянул на меня.
-Дело не во взрыве, - так же ровно и безразлично ответил император. Я сделала вид, что удивилась.
-Но мне сказали… что он в камере. Винит себя. Я решила… что ему не помешает, - слегка сжалась, изображая смущение, - поддержка. Друзей.
ИнСагор'Идар попытался скрыть смех и довольно громко хрюкнул в кулак. Несколько раз. Император развернулся в кресле и зыркнул на него. Генерал сделал движение рукой, мол, всё, я всё, молчу, ни слова не говорю. Я про себя разозлилась. У него сын в камере явно с благородством переигрывает, а эти семисотлетние мужики тут шутов изображают.
-А вы друзья? – уточнил император. Я расправила плечи.
-Так точно, Ваше Величество.
Сейчас главное не проколоться. ИнЛекрит-старший молчал, оценивающе разглядывая меня, иногда обмениваясь взглядами с остальными присутствующими.
-Нет, он сказал, что не хочет видеть друзей. Не хочет видеть никого, - вот так легко и просто он меня отшил и приподнял брови, намекая, что мне пора убираться отсюда.
-Эээ… ну… не совсем друзья… - замямлила я, но поймать нужную мысль не удавалось. Глаза бегали, и тут замерли на смешливом генерале. Он сосредоточенно смотрел на меня, и взглядом пытался будто что-то сказать. И я решилась. – Мы с Ринсдеем встречаемся. И преступление, которое он считает, что совершил – возможно, он еще не в курсе, но все произошло без применения силы… и по обоюдному согласию.
Генерал кивнул. Я выдохнула. Таены, сама превратила себя в шлюху в их глазах. В элитную, судя по всему, если знать про синяки, способ их получения и места, на которых они были оставлены.
Однако это почему-то подействовало.
-Тогда другое дело. Проводите адепта Морию, - обратился он к одному из сидящих за столом, седовласому мужчине, но генерал вскочил раньше него.
-Позвольте мне, иншед, - кладя ладонь в перчатке на его плечо, ИнСагор'Идар не позволил пожилому шеду встать. Император махнул рукой, немного снисходительно, как мне показалось. Не веря своему счастью, я неслась за генералом, умудряясь попадать в шаг.
Глава 17.
У входа в подземелья генерал резко затормозил и обернулся ко мне.
-Если я все верно понимаю, Ринсдей вызвал несколько взрывов, уничтожив материю изнутри, потеряв ощущение реальности. Довести до состояния Индара Д'энии могло только одно – отрыв от истинной, а раз он считает своей истинной тебя, не стоило слишком явно демонстрировать, насколько он тебе безразличен, - очень быстро проговаривая слова, заявил ИнСагор'идар, поджимая губы в конце речи, и вообще всем видом показывая, что я косяк, и только мне сейчас придется разруливать эту ситуацию.
-Я не хотела никого обманывать, ни себя, ни его, потому что я и правда безразлична к нему, и не знаю, как это исправить, - поражаясь таким заявлениям, я отпрянула от него в недоумении. Откуда он вообще знает, что Рин считает меня истинной? Даже император, судя по виду, сомневается.
-Так придумай что-нибудь, балда, - такой же скороговоркой заявил генерал, сопроводив речь отеческим подзатыльником. Простой такой.
-Да не хочу я ничего придумывать! Один вот уже напридумывал, в камере сидит и наказывает себя хуже, чем когда-либо сможет любой не самый гуманный суд, а вы мне предлагаете пойти и еще пообещать ему то, чего никогда не смогу дать?!
-Наяра, Д'энии не ошибаются в выборе истинной…
-Но могут очень хотеть затащить кого-нибудь в постель. Кого-нибудь особо неприступного. А ради этого способны поверить в любую выдуманную чушь!
ИнСагор'Идар громко расхохотался.
-И ради этого посадить себя в клетку, отказаться от свободы, звания и положения? Отказаться от кого-то этого особо неприступного?