— Дверь закрывай в следующий раз. — Произнес он с усмешкой, выходя из кухни. Лилия только устало выдохнула, запивая кофе свой разогретый омлет с рисом.
В этом доме никто не смотрел телевизор. Какузу не видел смысла, читая новости в газетах или в интернете. Дейдара предпочитал социальные сети и развлекательные видеоролики, а Хидан использовал широкий телевизор в гостиной только из-за игровой приставки, предпочитая ловить визуальные оргазмы от хорошего изображения. Как и в тот день, от скуки, он принес недавно купленную приставку и новую игру на обложке которой красовался автограф одного из разработчиков. Лилия сидела на веранде, что-то читая в своём планшете.
— Сыграть хочешь? — Спокойно спросил мужчина, садясь на татами и поставил локти на столик, думая о том, что нужно было принести снеков, которые он спрятал от младшего брата.
— Я не умею. — Отозвалась Лилия, даже не оборачиваясь к нему.
— Так я научить могу. — Она выпрямилась, посмотрев на небо. Её друг и крёстный вернутся еще не скоро. Она выключила планшет, оборачиваясь. Хидан провел широкой ладонью по растрепанным волосам, пытаясь прилизать их, но пряди вернулись на свои места. Он кивнул на второй джойстик, лежавший на столе. Она села рядом с мужчиной, практически прикасаясь к его руке своим плечом и взяла двумя руками новый джойстик серебряного цвета с цветными кнопками, на которых были изображены буквы и геометрические фигуры. — Вначале тебе нужно создать персонажа.
Хидан терпеливо объяснял ей каждый шаг, не понимая, почему Дейдара разобрался с управлением, как только старший брат дал ему этот треклятый джойстик, когда он был еще маленьким.
— Серьезно никогда не играла? В детстве же что-то было. — Он нахмурился, пытаясь вспомнить, но практически все воспоминания были размытыми.
— Я эту штуку просто в руках держала, на все тыкал ты, а мне нравилось, как человечки бегали и взрывались конфетами. — Протянула Лилия, не заметив, как Хидан отложил манипулятор, отключая его. Он перекинул через Лилию ногу, оказываясь у неё за спиной и положил свои руки поверх её. — Ты что творишь?
— Ты черепаха, я немного тебя ускорю. — Произнес Хидан, положив свой острый подбородок ей на макушку. Мужчина пару раз сбился. — Убери руки с джойстика. — Попросил он, продолжая играть за девушку. Тэндо с радостью отпустила его, оставаясь сидеть перед Хиданом. Её он даже не думал выпускать, а потому она равнодушно уставилась на персонажа, который уже с кем-то дрался. Морщилась каждый раз, когда картинка быстро менялась — не могла уследить за всеми движениями, в то время как Хидан даже не смотрел на кнопки, нажимая необходимые комбинации без подсказок. Лилия дотянулась до планшета, включая его и продолжила читать статьи на английском языке.
Мужчину это не смущало, он нагло продолжал дышать ей в волосы и впиваться подбородком в макушку каждый раз. Если у него что-то не выходило — Тэндо слышала щелканье его челюсти и тихое «блядь» на английском. Когда ему удавалась миссия — он довольно скалился, отчего его подбородок опускался чуть ниже и бормотал себе под нос нечто на японском языке, которое Лилия не могла расшифровать.
— Что читаешь? — Спросил он у Тэндо, не отвлекаясь от игры. Лилия дернула плечом, продолжая читать.
— Да так, ерунда всякая. — Он на секунду опустил взгляд, выхватывая слова из текста.
— Смотря, как сильно возбуждена. Кровь тоже не у всех. — Ответил он, поняв суть статьи.
— Правда? — Удивилась Лилия. Для неё тема первого секса не затрагивалась никогда, до сегодняшнего утра. На уроках по сексуальному просвещению весь её класс усвоил лишь одно — нужно благодарить Иисуса за то, что не порвался презерватив, которые им раздавали на уроках. Ну, еще что-то про аборты рассказывали. Кажется, внушали, что это было плохо — Тэндо не запоминала слова монахинь, не особо доверяя их познаниям в сексе. Одноклассницы девушки, все как одна, говорили, что первый секс — самый больной.
— А ты не знала? — Он поставил игру на паузу, вдыхая побольше воздуха. — Если выделений достаточное количество, то первое проникновение нормальное обычно. Там есть еще иные факторы — вагинальная корона слишком узкая, плотная, может быть небольшая ранка, ну и так далее.
— А ты откуда знаешь? — Удивилась девушка.
— С медиками как-то пил. Они мне всё мировоззрение с ног на голову перевернули. — Неохотно поделился он, смотря на телевизор. — Чего это ты так заинтересовалась? — Он хотел пошло оскалиться, но не мог. Тема была все-таки серьезная.
— Да я просто и не думала об этом никогда. Захотелось почитать про эти ощущения.
— То есть, тебе секса никогда не хотелось? Зачем ты тогда себя трогала? — Для Лилии подобные диалоги были странными, но не смущающими. Хидан же просто делился своими знаниями, не видя в сексе ничего страшного или постыдного. Как Какузу, как Дейдара, он относился к сексу как чему-то само собой разумеющемуся, что могло быть, а могло не быть. Дейдаре секс был не интересен, Какузу, после потери супруги, не хотел искать себе партнера. Для Хидана секс был как игра в приставку — интересно, хорошо, даже радостно какое-то время. Но после мастурбации у него были те же ощущения, а потому он легко обходился и без партнера.
Прислушался к тому, что говорила Лилия, положив планшет на стол.
— Это помогает мне каждое утро вставать с кровати не с такими дерьмовыми мыслями. Точнее вообще без каких-либо мыслей. — Тихо продолжала девушка, смотря на игру, поставленную на паузу. — Я просто заставляю себя думать о чем-то хорошем, чтобы хотя бы на пару мгновений забыть о том ужасе, который происходит вокруг меня. Иногда я чувствую себя ужасно от того, что замещаю самоудовлетворением, но…— Его руки медленно кладут джойстик на стол и Тэндо вздыхает, когда Хидан обнимает её за плечи, прижимая к себе. — Я понимаю, что, если с ней… Иисусе… — Выдыхает она, замолкая.
Он хотел тогда сказать, что знает о её матери, о тяжелом состоянии, в котором она пребывает уже достаточно долгое время. Но он просто обнял девушку, прекрасно помня страх и панику, когда умирают родители, а ты даже сделать ничего не можешь.
Какузу ожидал вернуться в руины, зная, что у его крестницы вспыльчивый характер, но он смог только удивленно приподнять брови, зайдя в гостиную и обнаружив Лилию, дремавшую на груди Хидана. Мужчина не обращал на это никакого внимания, держа в руках джойстик и не отрывал взгляд он экрана телевизора, даже когда его отец вернулся домой. Единственное, что он сделал — выключил звук, чтобы ненароком не разбудить девушку.
— Вы успели подружиться? — Хидан согласно замычал, не отвлекаясь от игры. — И давно вы так?.. — Какузу говорил тише, поставив свой ноутбук на стол. Лилия нахмурилась сквозь сон и что-то пробормотала на английском. Его сын пожал плечами.
— Часа четыре. Отец, давай закажем сегодня что-нибудь? Так жарко, не хочется готовить. — Протянул мужчина, зажимая клавиши. Анимиру кивнул, даже не сразу поняв, о чем его попросили.
Тэндо открыла глаза, ощущая спиной горячую грудь и выдохнула, чуть улыбнувшись.
— Выспалась? — Поинтересовался Хидан, почувствовав шевеление. Лилия протерла рукой лицо и устало улыбнулась.
— Мне наконец-то не снились кошмары. — Тихо сказала она, переведя взгляд на молчавшего Какузу. — Привет. — Поздоровалась девушка, не желая уходить с нагретого места. — А можно я тут еще немного посижу? — Хидан вновь согласно промычал, возвращаясь к игре, и Тэндо прикрыла глаза, удобно устраиваясь на мужской груди. Какузу переместил взгляд на открытую веранду. Возле пепельницы, лежали две упаковки сигарет. Первую пачку он узнал сразу — темно-синяя, вечно помятая упаковка, которая принадлежала Хидану. Сверху лежала нежно-розовая, с вишневым вкусом, упаковка сигарет.
— Это мои, доиграю и уберу. — Ровно сказал Хидан.
— Ты теперь их еще и смешиваешь? — Недоверчиво протянул Какузу.
— В своих вещах нашел. Может бывшей. — Он пожал плечами. — Я буду курицу терияки, кстати. — Он широко улыбнулся, взглянув на отца. Тот выдохнул, собирая длинные волосы каштанового оттенка в низкий хвост. — Микроб, ты что хочешь? — Обратился он к девушке. Она открыла глаза, медленно моргая.