— Ничего не получится...
— Это почему?! — немедленно окрысился Бабичев. — Мы этого паренька с планеты вытащили, а теперь получается, что нам с ним и пообщаться нельзя?!
Связист опять покачал головой.
— У меня приказ командира...
— А если я принесу разрешение нуль-навигатора?.. — неожиданно для самого себя спросил Вихров, прекрасно понимая, что никогда не пойдет к Старику с такой необоснованной просьбой.
— Ну, если нуль-навигатор отменит ради тебя собственный приказ... — пожал плечами связист, и на его лице мелькнула недоверчивая улыбка.
— Так, значит, это приказ... командира... — задумчиво протянул Вихров.
— Я и сказал — «командира», — усмехнулся связист.
— Ну а с кем вообще можно связаться на «Счастливом случае»? — поинтересовался Игорь. Бабичев и Строй молча стояли рядом, явно считая дальнейший разговор с дежурным связистом бесполезным.
— Либо с Ирвингом, либо с Кокошко... — ответил Игорю связист. — Но я не уверен, что у вас, господин старший лейтенант, имеется сообщить им что-то важное...
В его голосе слишком откровенно звучала насмешка, может быть, поэтому Игорь коротко бросил.
— Тогда обеспечьте нам связь с кем-то из них!..
От такого нахальства связист даже несколько растерялся и с минуту молча разглядывал упрямого старлея с нашивками навигатора на рукаве парадного комбинезона. Затем молча протянул ему бланк заявки на связь и повернулся к распределительной аппаратуре коннект-узла.
Как только Игорь вернул ему заполненный бланк, связист буркнул, не отрывая взгляда от мерцающего монитора:
— Двенадцатая кабина... Вы там все поместитесь...
Кабина действительно оказалась достаточно вместительной. Трое друзей уселись в высокие кресла, стоящие вокруг небольшого круглого столика, на котором расположился модуль связи, и буквально через несколько секунд в комнатке раздался слегка раздраженный голос первого ассистента главного врача «Одиссея» Виталия Сергеевича Кокошко:
— Слушаю вас, господа, какое у вас... неотложное Дело?!
— Вас беспокоят третий ассистент командира «Одиссея» Вихров, капитан Звездного десанта Бабичев и старший лейтенант Звездного десанта Строй, — проговорил Игорь, стараясь соблюдать официальный тон. — Нас интересует самочувствие мальчика, которого мы подняли с Гвендланы...
Вообще-то Игорь ожидал, что Кокошко в более или менее... вежливой форме «пошлет» их... куда-нибудь — главное, чтобы он не подал официальный рапорт по поводу их «нездорового интереса» к маленькому гвендланцу. Однако дальнейшее поведение Виталия Сергеевича весьма удивило старшего лейтенанта.
Во-первых, над столиком внезапно вспыхнуло слабое свечение, окаймленное яркой оранжевой полоской, и офицеры увидели лицо врача, с интересом вглядывавшегося в каждого из них. Во-вторых, Кокошко с неожиданным интересом произнес:
— Так это вы, Игорь Владимирович?.. Очень рад, что вы со мной связались, я сам собирался вызывать вас в коннект-узел.
Вихров, конечно, знал, что числившиеся в составе команды «Одиссея» научные работники не любили обращаться друг к другу по присвоенным им воинским званиям, но то, что Кокошко знал его имя и отчество, весьма удивило Игоря — все-таки он занимал не слишком высокое место в иерархии линкора. Смущенно пожав плечами, он спросил:
— Чем я могу быть вам полезен?..
— Нет, — быстро ответил Виталий Сергеевич, — сначала мы решим ваш вопрос! Вы хотели поговорить со своим... знакомым. Вообще-то надо сказать, что он мало с кем общается... говорит, что ему... неинтересно, да и мы сами считаем, что его общение с... неспециалистами надо ограничить. Однако в данном случае, мне кажется, имеет смысл дать вам попробовать побеседовать с мальчиком. Правда, должен вас предупредить, малыш сегодня очень... неразговорчив и, как мне кажется, чем-то озабочен. Я переключу связь на его каюту, но предупреждаю, он может самостоятельно отключиться, если не захочет с вами говорить.
Не дожидаясь ответа Вихрова, изображение мигнуло, и перед друзьями появился их знакомый парнишка, сидевший на небольшом диване в довольно просторной каюте, принадлежавшей ранее, как показалось Вихрову, командиру «Счастливого случая». Взгляд мальчика был прикован к противоположной стене, треть которой занимал экран. На экране в окружении ярких неподвижных звезд медленно проплывала наполовину затемненная Гвендлана.
Несколько секунд Игорь молча рассматривал мальчугана, словно боялся напугать его неожиданным обращением, а потом почему-то припомнил: «...Потенциальный полный супер...»
Мальчик вздрогнул, оторвался от экрана и, обернувшись, уперся взглядом прямо в лицо старшего лейтенанта. Его светлые брови чуть нахмурились, словно при виде незнакомого человека, но тут же на губах появилась несмелая улыбка...
— Предтеча. . — негромко проговорил мальчик, — тот самый, с которым я . — он бросил быстрый взгляд на экран, — ...улетел с Гвендланы..
— Он самый, — стараясь придать беззаботности своему голосу, отозвался Игорь, — и тут со мной еще двое...
Мальчик перевел взгляд на Строя и... Бабичева. Первого он оглядел быстрым безразличным взглядом, просто потому, что до этого видел его только мельком в салоне «стрижа», увидев же второго, настороженно замер. Эта мгновенная настороженность была настолько заметна, что Сергей заерзал в своем кресле и смущенно прогудел:
— Ты, парень, зла на меня не держи за мою... несдержанность... Я тогда не в себе был... друзья у меня... погибли. Я... Я не хотел тебе плохого, ты же ни при чем...
Мальчик немного расслабился, но продолжал внимательно разглядывать Бабичева. Потом он покачал головой и с какой-то недетской грустью произнес:
— Странные вы, предтечи... Странные... Намешано в вас всего... словно ила в родниковой воде. Вот потому вы то кристально чистые, то... словно гнилое болото — сплошные грязь да муть... да кровь!.. Вам бы отстояться, а лотом ил этот из себя выдавить, выбросить, но нет, ил вам так же дорог, как и родниковая вода... А почему, вы и сами не знаете!..