— Ну, сейчас нам дадут понюхать травки!..
Однако ничего не случилось. Вернее, случилось совершенно неожиданное — все три обступивших модуль существа неожиданно сделали шаг назад, словно недоуменно разглядывая, что же такое они нашли в своих «заповедных лесах». Затем из-под машины выкатились «ежи» и быстро покатились в сторону зарослей, будто бы полностью потеряв интерес и к машине, и к любой «игре» с нею. Шипы на передних конечностях «тараканов» спрятались, они снова опустились на свои шесть ног и начали медленно отпотзать к коричнево-красным стволам. Троерук тоже отступал, странно подергиваясь телом и размахивая кулаками, словно никак не мог выйти из танца. А еще через мгновение все трое развернулись спиной к модулю и стремглав бросились под защиту красных стволов и непроницаемой кроны.
Модуль Вихрова уже висел в паре десятков метров над колпаком лежащей машины, и в его брюхе неспешно раскрывались двойные створки люка. Спустя несколько секунд в кают-компании прозвучал спокойный голос Игоря:
— Пошли, Серега... По одному...
Колпак откинулся, и Бабичев скомандовал:
— Майк, прыгай!..
В этот момент картинка дернулась и пошла рябью, но тут же изображение восстановилось, хотя ракурс был совершенно другой.
— Как только колпак упавшего модуля открылся, запись прервалась, так что теперь вы видите запись из модуля Вихрова, — пояснил нуль-навигатор.
На новом изображении был прекрасно виден лежащий в пропаханной между темно-красными зарослями борозде покрытый оранжевым люминофором модуль с откинутым колпаком и медленно поднимающаяся вверх фигура в оранжевом скафандре. Вот она исчезла из поля зрения, и почти сразу прозвучал голос Вихрова:
— Второй пошел...
Из кабины лежащего модуля вынырнул второй скафандр и начал медленно подниматься вверх.
А потом последовала атака черных «тараканов», и надо сказать, что она произвела шоковое впечатление на всех, смотревших запись. Об этом можно было судить по общему шумному вздоху, после того как разряд излучателя с зависшей «падающей звезды» срезал обоих монстров в полете, буквально в нескольких метрах от их казавшейся такой беззащитной жертвы.
На секунду картинка застыла в неподвижности, показывая падение двух обугленных, потерявших форму тел, а затем изображение пропало, и снова заговорил командир:
— Теперь вы видели некоторых... из тех, с кем нам, видимо, предстоит драться. А сейчас мы послушаем командира второго модуля из третьей пары. Вторая пара, как вы слышали, потеряла модуль, но люди вернулись все и вернулись невредимыми, третья пара тоже потеряла модуль, ведущий, и вместе с ним пропали и оба пилота... Я не говорю, что они погибли — есть надежда, что они живы и еще могут быть спасены. Капитан Швецов, докладывайте...
С места поднялся здоровенный детина в десантном комбинезоне с перебинтованной головой.
— Наше задание состояло в облете и проверке зоны, ограниченной восемьдесят второй и шестидесятой широтами, нулевым и сто восьмидесятым меридианами. В этой зоне расположены два из шести исследовательских центров, соответственно «А» и «С». Облет мы начали с севера и до семьдесят третьей широты не встретили ничего примечательного. На семьдесят третьей широте лежит исследовательский центр «С». Облет центра и приборное исследование показали, что исследовательский центр не функционирует, оборудование жизнеобеспечения град-комплекса не работает, катапульта космического челнока не функционирует. Однако под исследовательским центром, точнее, под тем местом, где должны находиться лабораторные корпуса, на большой глубине лоцируется большое количество живой биомассы... Ее объем можно оценить в три-четыре тысячи человек. — Тут капитан неожиданно запнулся, а потом несколько неуверенно добавил: — Но после только что увиденного вряд ли можно сказать, сколько там прячется... э-э-э... особей... Исследовательский центр на наше присутствие никак не реагировал, хотя мы опускались до двух тысяч метров.
Он пожал плечами, осторожно почесал перебинтованную голову и продолжил:
— Исследовательский центр «А» расположен в двадцати минутах полета западнее центра «С». На подлете к центру «А» нами было обнаружено восемь мелких разрозненных биообъектов массой до трех-четырех людей, вытянувшихся цепочкой поперек нашего курса. Поскольку наши машины шли на довольно большой высоте, мы не обратили особого внимания на эти объекты. Когда эти биомассы остались позади, с места лоцирования двух из них по нашим машинам был произведен залп ракет класса «земля-воздух». Естественно, мы очень легко уклонились от этих примитивных ракет — это действительно были примитивные твердотопливные аппараты с боеголовками фугасного типа без аппаратуры наведения. После этой атаки мы развернулись, чтобы проверить место их запуска.
Капитан снова потрогал свою забинтованную голову, словно желая убедиться, что она цела и на месте.
— Вернувшись, мы обнаружили, что два из восьми биообъектов исчезли. Когда мы снизились до трех тысяч метров, нас атаковали... — Он запнулся и дальше продолжал очень неуверенно: — Мне трудно сказать, какой вид оружия был применен. Это была какая-то комбинация полей, которая тормозила движение наших модулей, и вы, конечно, можете мне не поверить, но наши... э-э-э... реакции... движения... мне кажется — даже наши мысли тоже... тормозились... И еще... очень плохо стало видно, я даже приборы на пульте управления почти не различал!.. Может быть, поэтому я не сразу понял, что модуль снижается, а когда до меня это дошло, то смог переключить управление на автопилот и задать курс по маяку «Одиссея»... Что было потом, не помню, очнулся в космосе, в двух тысячах километров от линкора...
Капитан замолчал, неловко переступил с ноги на ногу и вдруг сел, сгорбившись и опустив голову. В кают-компании повисла неловкая тишина.