Словом, большинство жителей Солнечного вовсе не бедствовало. Многие из них еще в самом начале переворота занялись торговлей, поэтому им не было никакого дела до политики. Новая власть - пусть будет новая; старая - пусть будет старая.
Кое-кто даже испугался, когда силовое кольцо начало сжиматься. Такие люди погрузили свое барахлишко в аэробусы и махнули за Границу не дожидаясь новых порядков. Выждать.
Казалось бы, почему бы бандитам, рванувшим следом, не воспользоваться для своих целей готовым человеческими единицами? Однако нет, отступая, те предпочли взять в заложники не коммерсантов, а наиболее уважаемых в городе людей. Мартин, которому руки связали за спиной еще в момент похищения, подозвал одного из конвойных и сказал:
- Мне необходимо переговорить с вашим командиром.
- Я командир, - сказал Тод, подходя. - Не ожидал?
- Зачем я вам? - спросил Мартин устало. О нехорошей роли Тода во всех своих неприятностях он давно догадывался.
- Нам нужен врач, - усмехнулся Тод. - Ты вполне подходишь.
- Рад бы помочь, но вы оставили меня без медикаментов и оборудования. И что вы здесь, собственно, собираетесь кушать, скажи на милость?
- А это не твоя забота. Все будет.
Действительно, сначала было все. Бандиты не стали оставаться вблизи Солнечного, а перелетели к бывшему Первыгорду, где и расположились лагерем в километре от Границы, за лесом. Там они быстро навели свои порядки, для начала обобрав торговцев, переместившихся с ними.
Все имущество Тод объявил общим. Это значило, что бандиты конфисковали барахло коммерсантов и разделили его между собой. Впрочем, малую толику они все же хозяевам оставили. Но аэробусы не возвратили и приказали строить нечто вроде ангара.
- Надвигается осень, - напомнил Мартин Тоду.
- И что же? - усмехнулся Тод
- Надо возводить жилье.
- Вот и ладненько. Превратим самолеты в дома.
Он отдал приказ. Из аэробусах, конфискованных у коммерсантов, были выломаны двигатели, и машины были превращены в род времянок. Все пленники вместе с бывшими хозяевами бывших машин были помещены в одну, в двух расположились бандиты, а Мартина со скованными за спиной руками посадили, словно собачку на цепочке, в четвертый. Пятый аэробус Тод ломать не стал, и скоро стало понятно почему: он находился у банды в работе.
Продовольственную проблему Тод решил столь же примитивно: грабежом. Раз в несколько дней бандиты вылетали за добычей. Поскольку Тод имел соображение действовать в различных местах, некоторое время его вылазки были успешны. Правительство не догадывалось, кто истинный виновник неприятностей, и никаких мер не принимало.
Зима прошла скучно, без каких-либо крупных событий. Каждый развлекался как мог, сторожили одного Мартина. Остальные могли ходить, куда хотели, и это было понятно: ходить было особо некуда. Тем более, сбегать. Даже если бы кто-нибудь из заложников и обладал достаточной силой и умением, чтобы перейти Срединные горы в снежный сезон, энергетический барьер делал любую попытку заведомо невозможной.
Да и не будь барьера, подобного храбреца не нашлось бы. Даже летом в лучшие времена никто пешком из Стасигорда или Первого в Солнечный не хаживал и тем более не пытался пробраться в Открытый. У людей просто не было такой привычки. С самого начала освоения Новой Земли поселенцы пользовались для перемещения на дальние расстояния транспортными средствами. Никому даже в голову не могла прийти идея преодолеть Срединные горы иначе чем на летательном аппарате. А те охранялись покрепче Мартина.
От скуки люди не знали, куда себя деть. Начались ссоры, драки. Мартину же вообще было хоть пантром рычи, хоть волком вой.
- Слушай, Тод, - сказал он однажды. - Если вы меня так боитесь, зачем держите? Какой вам толк от врача, у которого нет рук?
- Ты наш самый ценный экземпляр, - усмехнулся Тод, щеря зубы. - Руки твои мы тебе скоро раскуем.
И засмеялся своим обычным неприятным желчным смехом. А через несколько дней Мартин понял, почему смеялся Тод. Из очередного набега бандиты привезли Эльку, старшего Мартинова сына. Ребенка показали Мартину и спрятали.
- Ну как? - спросил Тод со своей обычной ухмылкой. - Понравился тебе наш сюрприз?
Мартин, только что метавшийся на своей привязи, буквально с ум сходил от жалости к сынишке. Но чуть скрипнула дверь - внешне это был тот же спокойный и невозмутимый доктор, главврач Солнечного.
- Зачем вам понадобился ребенок? - спросил он с легким как бы упреком.
- Чтобы иметь возможность освободить от оков твои золотые руки. - Тод, наверное, без издевок разговаривать не умел. - Ба, да ты все пальчики себе вкровь истер!
Действительно, в последние полчаса Мартин пытался вырваться из кандалов и кисти его рук были тому доказательством.
- Эх, доктор, доктор, когда же ты поумнеешь! Это я к тому предупреждаю, что сейчас с тебя снимут цепочку и выпустят погулять. Но при малейшей твоей попытке нам навредить пострадает наш нынешний юный гость. Я доступно выражаюсь?
- Вполне.
Мартин сопроводил ответ вежливым кивком. В своей врачебной практике ему приходилось иметь дело со всякими пациентами, а он уже принял решение воспринимать Тода как одного из таких тяжелых больных. Он уже понял, что Эльке, собственно говоря, ничего трагического не угрожает.