Вокруг меня стоны боли перемежались взрывами. Краем глаза уловила движение сбоку: огромный червь с толстым туловищем накинулся на воина и заглотал его целиком. Мгновением позже огненный смерч пронесся по сводам пещеры и поглотил заживо полчище проклятых, отчего в воздухе запахло паленым мясом. Я почувствовала, как к горлу подкатила тошнота.
Логхард, на котором тоже появились доспехи, был окружен сиянием магии разума. Магии, которая отражалась в глазах артанских воинов. Они все были зачарованы — зачарованы им. Следовали за его волей. А он шагнул вперед, вытянув руку в сторону царя проклятых. Авадон пригнулся к земле, скреб короткими лапами и шипел от боли, сражаясь за свое сознание.
— Ты… пожалеешь. Тебе… не выйти отсюда… живым, — хрипело чудовище.
— Никто не смеет диктовать мне условия и угрожать моему войску, — жестко произнес артанский князь. — Даже ты.
Магия на мгновение вспыхнула ярче, и червь застыл изваянием. Гигантская пасть раскрылась, исторгла тихий свист, и за моей спиной все смолкло. Через мгновение вновь послышался скрежет когтей сотен лап, удаляющийся, затихающий. Битва прекратилась.
Казалось, мое сердце наконец-то вспомнило, что нужно биться. Доспехи, сотканные из магии, растаяли, и я села. Прижала к груди подрагивающие руки.
— Показывай выход, — приказал Кейн Авадону и дернул меня вверх.
Ноги подкосились, я бы осела на землю, но меня подхватили под локоть, я даже охнуть не успела. Стальные пальцы жестко сжались, но это было прикосновение не монстра, а человека. Пусть даже самого ненавистного человека на свете.
В темноте показалось тусклое фиолетовое свечение, к нему Логхард меня и подтолкнул. Он буквально тащил меня за собой, не позволяя остановиться ни на миг. Приходилось подстраиваться, следуя переходами и лабиринтами подземного мира, но я не возражала. Фиолетовый огонек метался из стороны в сторону, отскакивал от стен, без него мы бы просто заблудились. А потом вдруг пропал.
О нет!
Я готова была закричать от страха и бессилия, но впереди вдруг забрезжил свет. Теперь меня не нужно было заставлять, я сама побежала в сторону выхода, почти задыхаясь, под грохот сердца в ушах. Только когда оказалась наверху и глотнула одуряюще свежего воздуха, наконец-то поверила, что не останусь навсегда в подземелье. Там, где все пропахло солью и смертью.
Никогда бы не подумала, что можно так соскучиться по небу. По птицам, что взметнулись с хиленьких деревьев у входа в пещеры. По морозцу, что мигом цапнул за незащищенные перчатками пальцы.
Меня шатало, поэтому смогла дойти лишь до большого камня. Оперевшись о его гладкий бок, наблюдала, как из-под земли один за другим выходят артанцы. Их взгляды были хмурыми, только лошади встречали прохладу пасмурного вечера счастливым ржанием.
Дыхание постепенно выровнялось, и я повернулась к Логхарду. Он стоял в двух шагах, спиной ко мне.
— Зачем вы это сделали?! Устроили бойню?! — Это прозвучало хрипло и чересчур громко даже для меня.
Плечи артанского князя окаменели, он резко повернулся. Если бы взгляд мог убивать, меня бы намертво впаяло в камни. Шаг вперед — и его руки сомкнулись на моей шее.
— Хотела остаться там? — прорычал он мне в лицо.
— Нет, — прохрипела я, и князь немного ослабил хватку. — Но это жестоко. Расплачиваться людьми, их жизнью, когда можно договориться.
Холодные глаза потемнели.
— Не суди о том, чего не понимаешь.
— И правда не понимаю. — Я сглотнула, но взгляда не отвела. — Артану принадлежит множество родников, но вам все равно мало! Вы даже горы преодолели, чтобы только присвоить новые земли. Человеческие жизни для вас ничто!
— Замолчи. — Голос Мрака был тихим, но страшным. — Замолчи, или я убью тебя, фрейлина. Мои воины отдали за тебя жизни, и сейчас ты мне расскажешь, за что они умирали.
Я шумно вздохнула, все внутри перевернулось от накатившего ужаса, но… поддаваться нельзя. Смотри ему в глаза, Амелия, смотри и не отводи взгляд.
— Я не понимаю, о чем вы, — произнесла медленно, по слогам.
— Что такого почувствовал в тебе Авадон? Он древний, как сама земля, поэтому любит собирать различные диковинки. Так какая в тебе магия, если даже сам царь проклятых заинтересовался?
— Во мне нет магии, — прошептала я, потому что на большее не хватило сил.
Мрак прикрыл глаза, по лицу его прошла судорога, словно он боролся с искушением меня задушить. Вместо этого тяжелый кулак ударил по камню над моей головой так, что посыпалась пыль и крошка.