— Не надо!
— Тише, Амелия, — прошептал Кейн, накрыл ртом искусанные губы и заскользил пальцем между складок, почти невесомо касаясь средоточия ее желания.
Девушка замерла в его объятиях, вздрагивая, только когда он задевал особо чувствительную точку. Сначала не отвечала на поцелуи, напряженная как струна и словно доказывая Кейну, что без магии разума у него ничего не получится. Когда она поняла, что вырваться не удастся, приготовилась смириться и терпеть… Вот только отзывалась на каждое прикосновение. Отзывалась, самая того не понимая, кусая губы и стараясь оставаться спокойной, пока хватало сил.
До той минуты, как она начала сама шире раскрывать и приподнимать бедра.
Теперь Кейн пил стоны удовольствия, слушал сбившееся дыхание, вглядывался в подрагивающие ресницы. Вызов дерзкой пленницы обернулся для него чистейшим наслаждением. И не только для него: Амелия, позабыв обо всем, подавалась ему навстречу. Она горела в его руках, плавилась, как воск свечи, такая податливая и желанная.
Уловив нужное мгновение, Кейн скользнул пальцем в узкую глубину ее тела. Амелия вскрикнула и задрожала, сжимаясь на нем, отчего он сам едва не излился, столько искреннего наслаждения было в этой девочке.
А затем она обессиленно рухнула вниз. Глаза фрейлины распахнулись, огромные из-за расширенных зрачков, затуманенные пеленою удовольствия. Она не представляла, как сейчас выглядит. Покрасневшие щеки, припухшие губы, часто вздымающаяся грудь и раскинутые бедра, так и зовущие продолжить начатое.
Кейн прикрыл веки и мысленно выругался, потому что картина все равно стояла перед глазами. Нет, он не станет брать фрейлину сейчас, хотя тело умоляет об обратном. Не даст ей возможности жалеть себя и мнить его чудовищем.
Она должна прийти к нему сама.
Поправив красные юбки и закутав притихшую Амелию в покрывало, Кейн притянул ее к своей груди. Собственное неудовлетворенное желание отозвалось болью, но он только стиснул зубы. К боли он привык, последние годы она стала его постоянной спутницей.
А вот отпускать фрейлину не хотелось.
И еще не хотелось думать о словах Риона, что он готов позволить Кейну использовать родившийся источник для спасения Артана. Использовать магию Камня в неограниченном количестве с условием, что они окончательно объединятся.
Залогом нового союза конечно же должен стать брак с маннской княжной.
Амелия Сингтон
Сердце отказывалось замедлять свой бег: наоборот, забилось сильнее, когда на меня свалилось осознание того, что произошло.
Я вела себя как настоящая бесстыдница. Нет, хуже… Я была готова отдаться Кейну Логхарду! Врагу, убийце, моему личному ночному кошмару.
Артанец творил с моим телом нечто невероятное, руками и губами доказывая, что я полностью в его власти. Без магии и даже по собственной воле, потому что он заставил меня лежать смирно, но не заставлял отвечать на поцелуи, стонать и подаваться ему навстречу. Это было неправильно. То, что происходило. То, что я не могла этому противиться и, что самое ужасное, не хотела.
Даже моих скудных знаний о происходящем между мужчиной и женщиной в спальне хватило, чтобы понять, что Логхард остановился. Не знаю почему, но он не пошел до конца. А ведь я не стала бы противиться, даже на миг почувствовала разочарование, когда все закончилось…
Какой ужас!
Щеки пылали от жгучего стыда, я пылала вся целиком, от макушки до пят. Хотелось провалиться сквозь землю, в царство проклятых. Только бы никогда больше не смотреть князю в глаза.
После всего случившегося я мечтала оказаться где угодно, но только не в объятиях Кейна Логхарда. Не чувствовать спиной широкую грудь, не прижиматься ягодицами к доказательству его желания. По телу до сих пор разливались нега и тепло, отзываясь внизу живота.
Я замерла в кольце его рук, с каждым мгновением ожидая, что артанец вот-вот развернет меня к себе. Представила, как в ледяных глазах вспыхивает торжество, и до боли сжала пальцы. Потому что еще ни перед кем так не обнажалась и не раскрывалась.
Но Логхард не спешил утверждать свою власть надо мной. Ровное дыхание щекотало мне шею, я чувствовала князя в каждой точке, где мы соприкасались телами. Даже покрывало не спасало от этой близости.
В конце концов я не выдержала такой пытки и отстранилась, особо ни на что не надеясь. Как ни странно, он не стал меня удерживать, просто перекатился на спину. Еще одно долгое мгновение я прислушивалась к его дыханию, только потом осторожно повернулась, вглядываясь в лицо мужчины.