Тиски, сдавившие грудь, исчезли, от осознания, что у Логхарда нет жен и других наложниц, стало легче дышать. Поэтому я едва не потеряла нить разговора.
— Почему?
Лила бросила на меня еще один пронизывающий взгляд, и я прикусила язык.
Не было… из-за матери.
— Но тогда зачем этот дом? — спросила я и снова осеклась. Ведь здесь жила мать Кейна, это как память о ней.
Как ни странно, Лила ответила, но совсем не о том, о чем я спросила:
— У князя Караса было много жен и наложниц, для них он и построил этот дворец, который опустел на долгие годы. Большинство жен снова вышли замуж, кто-то вернулся на родину. Осталась только я.
— Вы тоже были женой?
— Наложницей, — без смущения ответила она. — Я надеялась, что рано или поздно князь Кейн передумает и возродит артанские традиции.
Ничего себе традиции! Большая честь, как же. Мама ни за что бы не пошла замуж за отца, если бы у него был гарем. И я бы ни за что не стала делиться собственным мужем. Он был бы только моим!
Почему-то легко получилось представить на месте своего мужа Кейна, и я вспыхнула от таких странных мыслей. Глупости какие!
— Я дождалась, — добавила Лила. — Теперь у него есть фаворитка и невеста.
Напоминание о Зои заставило поморщиться. Получается, что жить нам придется тоже рядом. А после того, что устроил артанец, дружбы у нас с княжной точно не получится.
Что они с Кейном сейчас делают? Гуляют по дворцу?
Я не сразу заметила трех служанок, бесшумно появившихся в комнате. Одна из них, сама высокая, сказала что-то хранительнице на ухо.
— Вынуждена вас на время оставить, госпожа Амелия. Я должна встретить и других гостей. Наслаждайтесь купанием, потом Дара покажет вам ваши покои.
Значит, Зои уже здесь.
— Княжну тоже сюда приведут? — запоздало спросила я у служанки, когда хранительница вышла.
— Нет, госпожа, в малом дворце две купальни. Эта только для вас.
Для меня одной?
На удивление и смущение сил уже не осталось, я окончательно расслабилась и позволила служанкам позаботиться обо мне. Они помогли мне снять дорожное платье и сапоги, расплели волосы. На этот раз я даже не стала возражать против того, чтобы избавиться от нижней сорочки.
Меня растерли шершавыми губками, завернули в отрез легкой красной ткани, а затем усадили на одну из мраморных лавочек якобы для того, чтобы пар очистил мое тело и забрал усталость. Не знаю, забрал ли пар усталость, но, когда пришло время перейти в другую комнату, меня разморило и ноги отказывали мне подчиняться.
Я мечтала о ванне, но артанские бани превзошли все мои ожидания. Потому что дальше меня ждал бассейн с выложенной на дне мозаикой, изображающей оранжевых рыб. Неглубокий, с бодрящей прохладной водой, в которую я с наслаждением погрузилась. С холодом северных рек не сравнить, но это, казалось, единственный островок свежести во всем Артане.
После того как служанки вымыли и с помощью магии высушили мне волосы, я завернулась в предложенный шелковый халат и отправилась разгадывать загадку южных покоев.
— Почему мои покои называются южными? — между делом поинтересовалась у Дары, пока мы поднимались на второй этаж по винтовой лестнице. Пол поглощал шум моих шагов в мягкой обуви с загнутыми носами.
— Все окна комнат выходят на юг, — ответила смуглая и темноволосая, как все артанки, служанка.
— И что в них необычного?
— Простите? — непонимающе посмотрела на меня девушка.
— Все удивляются, когда их упоминают, — объяснила я. — Значит, в них есть что-то особенное.
Дара оживилась, кажется догадавшись, в чем дело.
— Покои всегда принадлежат фаворитке князя. Теперь вам. Князь может попасть в эти комнаты из своих покоев кратчайшим путем. Мы пришли.
Раздражение, которое поднималось во мне всякий раз при упоминании фавориток, мигом рассеялось, стоило шагнуть в распахнутую дверь. Я замерла на пороге, словно натолкнувшись на невидимую стену. Сердце пропустило удар, а дыхание прервалось.
Потому что я оказалась в своей любимой княжеской гостиной в замке Норг.
Чувство было такое, словно из пестрого Артана шагнула в привычное царство пастели. Светлые стены, высокие белоснежные потолки, теплые полы под ногами, обивка цвета сливок на диванах и креслах. И единственное яркое пятно — большие витражные окна. Даже похожая шкура возле камина. Не хватало только княгини и беседующих фрейлин: гостиная никогда не пустовала.
Все казалось в точности таким, каким я его запомнила. Будто кто-то по злой иронии создал для меня иллюзию дома. Я даже попятилась и натолкнулась на Дару.