На ее щеке виднелся свежий шрам, не делающий ее менее прекрасной, но наоборот, на удивление еще более обворожительной. Шрам представлял собой белую полоску, идущую от левой скулы к уху. Она взглянула на него столь же удивленно, насколько он был взволнован, а потом закрыла маленькую книгу и отложила ее на столик рядом с собой.
- Это же священник! - похоже, она рада была его видеть.
- Салли? - голос Старбака дрожал. Он был взволнован, как ребенок.
- Теперь я Виктория. Как королева, - засмеялась Салли. - Мне дали новое имя, понимаешь? Так что я Виктория, - она помедлила. - Но ты можешь звать меня Салли.
- Тебя держат взаперти?
- Это чтобы не входили клиенты. Иногда мужчины становятся как безумные, по крайней мере, военные. Но я не пленница. У меня есть ключ, видишь? - она вытащила ключ из кармана платья.
- И я не должна говорить "типа". Миссис Ричардсон этого не любит. И еще она не велит мне говорить "ниггер". Это, типа, некрасиво. И она учит меня читать, - она показала Старбаку свою книгу. Это был букварь Макгилфи, самая первая книга из серии, которую Старбак читал в возрасте трех лет.
- Я делаю успехи, - с энтузиазмом произнесла Салли.
Старбаку хотелось зарыдать, он сам не понимал, почему. Она прекрасно выглядела, даже вполне счастливой, но было что-то жалкое в этом месте, что заставило его возненавидеть весь мир.
- Я волновался за тебя, - неуклюже заявил он.
- Как мило, - она коротко улыбнулась и пожала плечами. - Но со мной всё в порядке, в полном порядке. Разве что я не поставлю и кусок дерьма на то, что Итан Ридли обо мне беспокоится.
- Да, не думаю, что он беспокоится.
- Увижусь с ним в аду, - голос Салли зазвучал с горечью. Над городом прогрохотал раскат грома, а секундой позже застучал дождь. От капель туго натянутая на двух открытых окнах москитная сетка задрожала. В темноте молнии освещали небо на западе.
- У нас есть вино, - сказала Салли, вновь обретя бодрое расположение духа, - и холодная курица, видишь? И хлеб. И еще сладкие фрукты, видишь? И орехи. Миссис Ричардсон сказала, у меня будет особый посетитель, и девочки принесли всё это. Они хорошо о нас позаботились, видишь?
Она встала и подошла к одному из открытых окон, вглядываясь в бледные всполохи молний, сверкающие в надвигающемся мраке. Летняя атмосфера была тяжелой и удушающей, а просторная комната Салли, которая, на несведущий взгляд Старбака, выглядела удручающе обыкновенно, как хорошо меблированный номер в отеле, наполнилась запахом ричмондского табака. В комнате стоял небольшой ящик для угля около черного металлического камина с бронзовой решеткой, на стене с обоями в цветочек висел горный пейзаж в раме.
Там было два кресла, два стола и россыпь ковров и вездесущих плевательниц на отполированном деревянном полу. На широкой кровати с резным деревянным изголовьем лежала кипа белых подушек. Старбак прилагал все усилия, чтобы не смотреть на кровать, пока Салли рассматривала сквозь москитную сетку западный горизонт, где мелькали молнии.
- Иногда я смотрю в ту сторону и думаю о доме.
- Ты скучаешь по нему?
Она засмеялась.
- Мне здесь нравится, священник.
- Нат, Зови меня Нат.
Она отвернулась от окна.
- Мне всегда хотелось стать настоящей леди, понимаешь? Я хотела иметь все эти прелестные вещи. Мама рассказывала мне о действительно прелестном доме, в котором она однажды побывала. Она сказала, что там есть свечи и картины, и мягкие ковры, и мне всегда этого хотелось. Я ненавидела свою жизнь там. Вставать в четыре утра и таскать воду, и всегда мерзнуть зимой. А руки всегда в мозолях. Даже кровят, - она замолчала, вытянув вперед руки, которые теперь были мягкими и белыми, а потом взяла сигару из банки на столе, где была расставлена еда.
- Хочешь закурить, Нат?
Старбак прошел по комнате, отрезал кончик сигары, зажег ее, а потом взял еще одну для себя.
- Как ты меня нашел? - спросила Салли.
- Отправился к брату Итана Ридли.
- К этому Дилейни? Странный тип, - заявила Салли. - Мне он нравится, думаю, что нравится, но он не такой, как Итан. Вот что я тебе скажу, если еще раз увижу Итана, клянусь, я убью этого сукиного сына. И плевать, что меня повесят, Нат, я его убью. Миссис Ричардсон божится, что ему не позволят со мной увидеться, если он здесь появится, но я надеюсь, что он это сделает. Надеюсь, что сукин сын сюда придет, и я насажу его на нож, как свинью, вот что я сделаю.
Она затянулась сигарой, так что ее кончик вспыхнул красным.
- Что произошло? - спросил Старбак
Она пожала плечами, села в кресло у окна и рассказала, как приехала в Ричмонд, чтобы найти Итана Ридли. Три или четыре дня он вел себя дружелюбно, даже был добр к ней, а потом сказал, что им нужно сесть в экипаж, чтобы осмотреть несколько квартир, одну из которых он собирался для нее снять.
Но там оказались не квартиры, а двое мужчин, которые отвезли ее в какой-то подвал в восточной части города и избили, изнасиловали и снова избили, пока, наконец, она не стала послушной.
- Я потеряла ребенка, - тихо объяснила она, - но они этого и хотели, надо думать. В смысле, от меня им не было проку, пока я была беременна, только не здесь, - она махнула рукой в сторону комнаты, намекая на род своих занятий. - И, конечно, он всё это устроил.
- Ридли?
Салли кивнула.
- Он всё организовал. Он хотел от меня избавиться, понимаешь? И нанял этих двух типов. Один был ниггером, в смысле, чернокожим, а другой раньше был работорговцем, понимаешь, в общем, они знали, как сломить человека, как бывалочи мой папа объезжал лошадей, - она пожала плечами и повернулась к окну. - Думаю, меня тоже нужно было объездить.
- Не говори так! - потрясенно воскликнул Старбак.
- О, милый мой! - улыбнулась ему Салли. - Как, черт побери, в этом мире я бы смогла получить то, чего хочу? У тебя есть ответ? Я, типа, не родилась богатенькой, у меня нет образования, чтобы стать богатой, всё, что у меня есть - это то, чего хотят мужчины, - она вытащила сигару и взяла у Старбака бокал с вином. - Многие девушки здесь начинали так же. В смысле, сначала их пришлось объездить. Это не слишком-то мило, и меня не заботит, увижу ли я снова тех двух типов, но теперь я здесь, и мне лучше.
- Они тебя запугали?
- Черт, ну конечно же, - она дотронулась до левой щеки. - Но это ведь не очень уродливо, да? Они и всякое другое проделывали. Типа, чтобы я помалкивала. У них была эта штуковина, которую используют на рабах, чтобы заткнуть им рот. Она обхватывает голову, а кусок железа всовывают сюда, - она продемонстрировала это, ткнув сигарой по губам, а потом пожала плечами. - Это не больно. Мне просто нужно было научиться быть паинькой, и тогда они перестали это использовать.
Старбака начало наполнять негодование.
- Кто были те двое?
- Просто мужчины, Нат. Неважно, - Салли сделала пренебрежительный жест, будто и правда не винила их в том, что случилось.
- Потом через месяц в дом пришел мистер Дилейни и сказал, что просто шокирован тем, что со мной случилось, и еще сказал, что во всём виноват Итан, и миссис Ричардсон тоже пришла, они меня забрали и такую суету вокруг меня подняли, а потом привезли сюда, и миссис Ричардсон сказала, что особого выбора у меня нет. Я могу остаться здесь и заработать денег или они отправят меня обратно на улицу. И вот я здесь.
- Ты бы наверняка могла поехать обратно домой, - предложил Старбак.
- Нет! - неистово запротестовала Салли. - Я не хочу жить дома, Нат! Отец всегда хотел, чтобы я родилась мальчиком. Он считает, что любой будет доволен, имея бревенчатый дом, двух охотничьих собак, топор и винтовку, но я мечтаю не об этом.
- Ты хочешь уйти? - Спросил её Старбак. - Уйти со мной?
Она с сожалением улыбнулась ему.
- И как ты собираешься это сделать, милый?
- Не знаю. Просто уйдем отсюда и направимся на север, - он махнул рукой в сторону темнеющего под ливнем неба, и даже когда он сделал это предложение, то понимал, насколько оно безнадежно.