Плитку я у себя нашла, вернее, Люсия подсказала. Небольшой квадрат, немного отличающийся по цвету от стены, аккуратный и абсолютно холодный. При бывшем Императоре влияние церкви было велико, и о подобных штуках ходили лишь слухи, которые тут же пресекались священнослужителями. Сейчас, если верить Люсии, такие магические приспособления использовались и во дворце Императора.
Теперь я из раза в раз пялилась на необычные люстры. За этим занятием меня однажды застал граф. Точнее, не совсем застал. Я уже привыкла к тому, что он не обращает на меня внимания, и также иногда его игнорировала. В один из душных вечеров за ужином я задумалась и принялась рассматривать магические ярко-белые шарики, висящие на металлическом каркасе под потолком. Граф, как я поняла, проверял почту за столом, отдавая дань мне, как супруге. То есть, вроде как проводил со мной время. Когда я поделилась подобными мыслями с Люсией, девушка пожала плечами: граф не был до этого женат, и такой привычки за ним раньше не наблюдалось.
И вот, в какой-то момент я будто почувствовала на себе тяжелый взгляд и опустила глаза. Граф держал в руках письма и смотрел на меня. На его лице мелькнуло недоумение, я смутилась и отвернулась. Наверное, его раздражает подобное ребячество. Что поделать, я считала себя ребенком в шестнадцать, а пришлось учиться взрослой жизни, и теперь страшно хотелось вернуться в беззаботное детство.
Когда я снова мельком посмотрела на графа, тот уже продолжил чтение. Я с облегчением вздохнула. С некоторых пор мне вовсе не хотелось как-то злить супруга. Некоторые вопросы и мысли по-прежнему беспокоили сознание, но я посмотрела на некоторые его поступки с другой стороны. Например, когда Каган напал во дворце, граф вывел меня из толпы и вернул под охрану Лимиана и Люсии. Может, он остался недоволен моей выходкой, но ни словом об этом не обмолвился. Как ни странно, в замке я чувствовала себя под защитой, и вовсе не хотелось, чтобы это чувство исчезло.
В этот же вечер меня ждало еще одно откровение. Граф будто прочел мои мысли о нем и вдруг сказал:
— Я не знал, что Его Величество был тем самым Мятежником.
Я замерла и уставилась на мужчину, сразу же растеряв ребяческое настроение. О, в этих словах было много всего, очень много. Одной фразой граф дал понять, что знает или подозревает о том, кто я такая на самом деле. Эти же слова подарили мне некоторое облегчение. Если он говорит правду, то мои обвинения на том приеме при дворце не имели никаких оснований, – он не специально свел меня с убийцей родителей. С другой стороны, если это способ заставить меня признаться в своем происхождении, то лучше проигнорировать сказанное.
Так я и сделала. Граф, продолжавший перебирать письма, заметил мое долгое молчание и посмотрел на меня. В его взгляде не было злобы или усмешки, как и в моем. Мы смотрели друг другу в глаза какое-то время, а потом я вздохнула и снова отвернулась. Лучше промолчать.
Конец августа принес еще кое-что помимо духоты. Если быть точной, кое-кого. Нежданную гостью, нарушившую спокойствие, которое я только-только начала обретать.
***
Тем вечером я снова пряталась от палящего солнца в тени лалэйи в беседке и засиделась там почти до заката. Читать совсем не получалось, клонило в сон, и одно предложение приходилось перечитывать несколько раз.
Посторонний шум привлек мое внимание, и я подняла глаза от книги. Цокот копыт и звук едущей по камням кареты. К графу гости? Почему-то мне вовсе не хотелось вставать и идти встречать прибывших, как положено хорошей хозяйке. Еще одной причиной тому было простенькое платье, одно из тех, что я носила в замке. Вдруг это высокопоставленный гость, а я как замухрышка. Так не пойдет.
Выждав некоторое время, я все-таки вышла на площадку перед домом. Там действительно стояла карета, запряженная четверкой лошадей. Один из учеников графа, светловолосый и худощавый, как раз разнуздывал животных, собираясь отвести их в конюшню. Мне он сдержанно кивнул и продолжил свое занятие. Я редко видела остальных учеников графа, кроме Лимиана, да и сами парни особо не стремились со мной общаться.