– Мистер Карпентер, – спокойный голос симпатичной медсестры отрывает меня от мыслей и книги, строки которой так и остались непрочитанными. – Вас ждут в кабинете посещений. Но предварительно вы должны сходить к своему психологу. Вам помочь собраться? Или вы передумали, и теперь я могу их пригласить сюда?
Отрицательно киваю головой, мне нравится то, как ко мне здесь относится весь этот медицинский персонал. Они будто прониклись ко мне. Ясно, что за это они получают деньги, но ты себя чувствуешь человеком среди них, получаешь столько поддержки. Они не разделяют тебя на хорошего и плохого. Ты личность.
Медсестра открывает дверь, шаркающей походкой я иду следом. Потираю свои уже зажившие ребра, торчащие под моей тонкой кожей. Слабость почти покинула моё тело. Ещё бы отпустить чувство вины… Может именно это испытывает теперь Энж?
Прохожу в кабинет психолога, это женщина с ярко рыжими волосами, тщательно собранными на затылке. Возраст определить невозможно, она ухожена и приятна на вид. Пока я плевался первое время в её сторону, огрызался и готов был удушить, она стоически воспринимала меня и даже глазом не моргнула на мои действия.
– Здравствуй, Хоук. Как твои дела сегодня? – она мило улыбается мне, а я сажусь на кушетку. Упираюсь локтями в колени и наблюдаю за тем, как она привычно открывает свой блокнот.
– Мне кажется, я сломлен. Ощущение пустоты, которую нечем наполнить, – отвечаю я. – Так и должно быть? Чувство того, что я дерьмо, испарилось, теперь я чёртов мученик.
Она улыбается на мои ругательства, смахивает со лба невидимую прядь и прижимает ладонь к лицу.
– Тебе хочется найти себе друга? Потому что вспомнить, как это быть любимым и отпустить обиды, нормально. Ты очень многое прошёл за этот период. Сила твоего тела и духа говорит лично мне, что ты не сломлен. Скорее, ты идёшь к своему излечению, – говорит она. – Интересно, что ты мне сегодня скажешь о том сюрпризе, который я приготовила для тебя? Помнишь, мы с тобой говорили об этапах?
Устало потираю лицо ладонями, словно я в эпицентре урагана, который снёс на своём пути все, оставив меня посреди руин. Какой подарок может она для меня приготовить?
– Девушка, которая сопровождала тебя в первый раз, что ты испытываешь по отношению к ней сейчас? – внимательный взгляд ловит моё нервное прикосновение к шее. – Энжел.
Убираю отросшие волосы назад, языком смачиваю высохшие губы. Доктор протягивает мне подготовленную бутылку с водой. В несколько глотков осушаю её и ставлю рядом.
– Я плохо поступал с ней, – закручиваю и раскручиваю крышку на бутылке, сопровождаю все это скрипом зубов. – Что я чувствую? Растерянность. Моя жизнь уже не та, что была. Энжи как красное пятно в этой очереди слившихся воедино лиц. Она и отец.
Она приподнимает брови удивлённо и пишет. Звук шариковой ручки, соприкасающейся с бумагой, моё постукивание пальцем об бутылку нарушают мирное течение времени.
– Она нравится тебе? – её вопрос заставляет меня остановиться.
Нравится ли она мне? Я не знаю. Она помогла мне, по причине известной только ей. Почему-то она всегда присутствовала в моей жизни, находилась рядом, мелькала в определенные моменты.
– Хоук, как ты повлиял на то, что произошло между вами. Откуда чувство вины? – доктор нарушает мои мысли. – Ты можешь лечь, если тебе станет от этого легче.
Закидываю ноги на кушетку и удобно устраиваюсь, мои глаза закрыты. Я буду предельно честным для самого себя. Для неё…
– Я знал, что она любила меня. И я любил её. Но всегда на пути встречались другие. Я видел, как она сходилась и расходилась с ними. Будто красной тряпкой трясла передо мной. День, когда мы вместе попробовали героин, – тяжело сглатываю, – я предложил сделать это. Она делала это для меня. Для того чтобы я обратил внимание. Потом все закрутилось, наши отношения – вихрь ощущений. Мы нюхали и занимались сексом. Казалось, все так как и надо. Я послал все предрассудки и погрузился в нас. Идея быть с ней…
Сжимаю руки в кулаки, мои ноздри расширяются, дыхание становиться глубже и злее.
– Мы сильно поругались, Энжи швыряла в меня вещи. Затем она вышла в гостиную, схватила первого попавшегося парня и потащила в комнату. Я видел, как она трахала его. И тогда мне стало невыносимо больно. Рейчел крутилась под ногами, я просто… – открываю глаза, и смотрю в белоснежный потолок. – Мы расстались, но я помню тот день. Моя ненависть к Энж убивала меня. Я знал, что она перебрала. Но оставил её одну в комнате. Умирать… Рейчел пошла за мной, и я трахал её за стеной, пока моя… Энж умирала.