- Мартин, очнись. Мартин! Эй! Не бросай меня тут! – позвал Фил, всхлипывая, - Ты чуть не утопил нас, болван! Кха - кха. Так, какой там у него был план … ох боги. Надо на другую сторону реки. План его, а делать все мне? … Мартин, дружище … ты где?
Шмыгая носом, Фил поднялся, потер опухшее запястье, сжал и разжал кулак, от чего резкая боль пронзила руку. Плотно стиснув зубы, он издал тихий стон и согнулся как креветка. Ему понадобилось несколько минут, чтобы прийти в себя, затем он решил проверить повреждения шеи и медленно приблизил холодные пальцы к горлу, но замер на полпути, а что если там ужасное смещение или выступ, которого не должно быть. Рука немного задрожала, Фил нервно сглотнул и осторожно ощупал шею пальцами, ничего не обнаружив, приложил всю ладонь и обследовал еще раз. Хотя шея немного опухла, все кости уцелели. Облегченно вздохнув, он, наконец, осмотрелся по сторонам.
Вокруг все так же ни души, черные воды реки блестели в лунном свете, вдалеке горели городские огни там, среди них, люди продолжали жить своей жизнью, не зная о происшедшем. Фил взял весло и попытался им нащупать тело незнакомца рядом с лодкой, но ничего не нашел. Ему следовало бы убедиться в смерти своего врага, однако он побоялся снова лезть в эту холодную черную бездну, лишь в нерешительности смотрел на волны. Ценные минуты уходили впустую, Фил спохватился и здоровой рукой укрепил весла в уключинах, отвязал швартовочный канат, вытащил из кармана тряпку, которая служила и платком и полотенцем, и примотал правую руку к веслу. Корчась от боли, с трудом оплыл от причала.
Глядя на черные воды реки, ему чудилось, будто с глубины на него смотрели полные ненависти глаза незнакомца, в ночной темноте еще более жуткие, с крохотными пузырьками воздуха на ресницах. Перед ним промелькнула сцена борьбы, он снова вспомнил перекошенное злобой лицо бандита и хватку его стальных пальцев на шее. Когда Мартин потерял сознание, к Филу начал возвращаться контроль над онемевшим и измученным телом, боль нахлынула лавиной. Тогда он разомкнул ноги, все еще сцепленные на чужом окровавленном животе, прижал их к груди и со всей оставшейся силой оттолкнулся от незнакомца, вырвавшись из его ослабевшей хватки. На пути к поверхности Фил окончательно вернулся в свое тело, и ощутил невыносимое удушье, невольно открыв рот, наглотался воды. Еще немного и он бы не успел спастись.
- Мартин! – снова позвал он, потом сердито добавил - Если ты впутал меня в такую историю и бросил, я тебя убью! – и уже совсем тихо пробормотал, - … вернись Мартин … мне страшно.
Через полчаса, в видавшем виды здании с облупившейся вывеской «Гадалка», мистер Хорз пил изысканный чай, удобно развалившись в кресле, приятный аромат напитка плыл по комнате и перебивал запах старых гнилых досок. В бар вбежал тощий посыльный и нарушил идеальную атмосферу. Толстяк недовольно нахмурился.
- Мы нигде не можем найти Фила! Как сквозь землю провалился! – выпалил ворвавшийся человек.
Рука мистера Хорза на мгновение замерла, чашка вздрогнула, его глаза стрельнули в сторону посланника кровожадным огнем, зрачки сузились. Но он сумел быстро взять себя в руки и продолжил пить чай. Сделав еще глоток, толстяк угрожающе произнес, - Ищите лучше, чтобы к утру, он был тут!
Посланник вылетел пулей, как только за ним захлопнулась дверь, чаша с чаем разлетелась об стену. Толстяк вскочил с кресла и нервно зашагал по комнате. Он, конечно, послал людей на поиски, но сильно сомневался, что Фил еще жив.
- Сквозь землю говоришь? Сильно сомневаюсь. Очевидно, та проклятая стерва приложила руку … Думала не догадаюсь, кто тогда подкупил стражу? Поиграть решила со мной шлюха! - он кипел в бессильной злобе, разговаривая сам с собой.
Фила должны были убить давно, но тот ходил живой прямо у него под носом, словно сочный поросеночек перед волком, а как только толстяк захотел прибрать мальчишку себе, получил по рукам. Исчезновение Фила он понимал как послание лично ему, где говорилось «не лезть не в свои дела». Мистеру Хорзу не хватало ни сил, ни людей действовать против Гильдии Теней, и обычно он старательно избегал с ней связываться, но соблазн оказался слишком велик и теперь над ним посмеялись. Его вдруг прошиб холодный пот, - «Неужели она узнала, на кого я работаю, и таким способом хотела припугнуть?»