— А не жалко? Ты только что рыдал, совсем скуп народишко стал.
— Для служивых не жаль, — твердо ответил я, делая вид, что копаюсь в плаще, позаимствованном у Ролли Кривоногого. Достал пригоршню монет, нашёл среди них два либра и протянул вояке. — Держите сударь. На вашу компанию как раз хватит. Согреетесь, да и ночка веселее пройдёт.
Стражники загудели довольные. А я про себя ругал их. «Ну, шевелите задницей отсюда, парни! Не до вас сейчас!»
Усатый вояка с ловкостью факира спрятал монеты — я даже не понял, куда он их засунул — и подмигнул мне почти по-приятельски.
— Езжай, добрый человек! На центральную площадь не суйся, там другой патруль жертвы ищет. Лучше сворачивай налево, к «Медному котлу», а оттуда улочками к порту доедешь без приключений, — предупредил он и хлопнул лошадь по крупу. — Давай, езжай отсель!
— Спасибочки, господа военные! — я раскланялся и легонько дёрнул вожжами. — Но-ооо, родимая! Пошла!
Оставив за поворотом подкупленных стражников, я с облегчением вздохнул. Вовремя, очень вовремя удалось уехать, потому как сволочь Котрил очнулся и начал вести себя весьма неприлично. Он то ли головой долбился о стенку, то ли ногами сучил — но от этих действий у меня спина снова заледенела. Остановив лошадку, я спрыгнул на землю, открыл дверцу, и примерившись, кулаком по темечку угомонил Рэйджа. Пусть дальше спит. Как раз успею до гостиницы доехать.
Почтовые гостиницы относятся к категории королевских заведений, поэтому её работники обеспечивают деятельность круглосуточно; вот и сейчас у входа небольшая суета. Приехал какой-то важный господин с семьёй. Возле большой дорожной кареты стоит куча сундуков, баулов и чемоданов, которые предстояло перетащить внутрь. Несколько слуг, навьючившись как верблюды, бегали в мыле с улицы в помещение и обратно.
Опять незадача! Сколько же придется ждать, пока угомонятся? Оставлять Котрила одного нельзя. Придёт в себя и снова начнет хулиганить. Какому-нибудь любопытному слуге придет в голову посмотреть, что здесь происходит, и боюсь, картина ему не понравится.
Но — повезло. Через четверть часа кучер погнал карету на конюший двор, и я, оставив свою добычу возле забора, куда с трудом дотягивался свет фонарей, бросился в гостиницу. Там до сих пор толпились слуги и семейство с усталыми и хнычущими детишками, коих было четверо: мал-мала меньше.
— Сударь! — ко мне наперерез устремился мощный детина с дубинкой на кожаном поясе. — Не положено сюда!
— Я к эрлу Толессо по срочному делу, — выхватит конверт, помахал им перед носом охранника. — Письмо из Рувилии. В каком нумере он проживает?
— Не могу знать, — ошалело ответил детина. — Сейчас клерка спрошу.
Он бросился к стойке, за которой торчали двое взлохмаченных мужчин в коричневых жилетках, один из которых судорожно записывал в амбарную книгу данные о прибывших. Я в нетерпении постукивал ногой по полу. Да быстрее же, Кракен вас всех проглоти! Где поселились старики, мне было известно, но приходилось играть роль почтового гонца, самого несчастного человека, проводящего всю жизнь в дороге.
— Второй этаж, десятый номер, — наконец, вернулся охранник.
— Спасибо, дружище! — я рванул наверх, как будто за мной гналась стая бешеных волков.
Была глубокая ночь, и вряд ли сейчас кто из стариков-аристократов бодрствует. Придется громко стучать, переполошив всю гостиницу. Но, на мое счастье, возле двери нужного номера на маленькой скамеечке сидел пожилой мужчина в охотничьем костюме, чьи поседевшие усы показались мне знакомыми. Он вытянул ноги в проход и дремал, сложив руки на груди.
— Стоять! — рыкнул мужчина тихо. — Не велено шуметь!
— Руфин, здорово, чертяка! — я тяжело выдохнул и оперся рукой о стену. — Срочно буди хозяина!
— Игнат? Какого чёрта ты тут делаешь? Тебя же утром ждут!
Ага, даже не удивился, увидев меня. Где он был, интересно, когда мы всей компанией приехали из порта в гостиницу? Выполнял задание эрла Эррандо?
— Мне нужно поговорить с твоим хозяином, дружище, — я всем видом показывал, что дело не терпит отлагательств. — И ещё… ты тоже понадобишься.
Я сбросил плащ и продемонстрировал залитый кровью кафтан.
Руфин, молодец, не стал задавать всякие глупые вопросы, не имеющие никакой ценности. Он вскочил и простучал в дверь какой-то замысловатый сигнал, который при желании не повторишь. Ждали мы недолго. Гайо — второй егерь из загородного особняка эрла Толессо — впустил нас, держа в одной руке шпагу, а в другой — магический фонарь над головой, умерив его свечение.
— Буди хозяина, — сказал с порога Руфин. — Дело срочное.