Я внимательно прочитал грамоту, проверил большую печать и размашистую, на две строки, королевскую подпись. Аккуратно свернул и затолкал в тубус ценнейший для меня документ.
— Поздравляю вас, сеньор Сирота, — Катберт поднял бокал, предлагая мне сделать то же самое, и отсалютовал им. — Теперь вы имеете право пользоваться всеми благами дворянского сословия, носить шпагу и вызывать на дуэли своих противников.
— Разве ради этого я хотел получить статус? — я усмехнулся и вслед за гостем опустошил бокал. — Для меня самое главное, что титул наследственный, а значит, можно теперь и семью заводить.
Дознаватель расхохотался, оценив шутку и охотно принял предложение выпить по бокальчику, сразу превратившись из чиновника-сухаря в обычного мужика, любящего вино и приятную компанию.
— Скажите, господин Катберт, а почему именно вы передали мне грамоту? Насколько я знаю, подобная процедура полностью лежит на губернаторе провинции или наместнике? Не стоило так беспокоится. Вызвали бы меня в Скайдру, не надломился бы, приехал.
— Я многим обязан лорду Торстагу, — признался дознаватель, — и не мог отказать в маленькой просьбе. Он сказал, что хочет сделать вам приятное, господин Сирота. Небольшая задержка с вручением грамоты была связана со смертью эрла Толессо. А лорд как раз и занимался этим делом по указу короля. В любом случае в Скайдру вам придется съездить. И в обязательном порядке представьтесь эрлу Тебриссо — вашему губернатору. Я, конечно, извещу его на обратном пути, но прошу, не затягивайте с визитом.
— Обязательно, господин Катберт, — кивнул я. — Непременно представлюсь. Передайте мою сердечную благодарность лорду Торстагу. Даже не представляю, насколько тяжело ему пришлось убеждать короля дать какому-то купцу дворянский титул.
— Поверьте, король подписывает подобные грамоты раз в пять лет, если не реже, — покровительственно улыбнулся дознаватель. — Но в вашем случае это было сделано очень быстро. Ведь именно купец Сирота способствовал разгрому пиратской вольницы. В Рувилии уже ходят легенды про некоего бесстрашного молодого человека, чуть ли не в одиночку обманувшим морских грабителей.
— И даже про «золотой караван» не говорят?
— Печальная история, о которой предпочитают говорить в узких кругах, — нахмурился Катберт. — Зачем это знать простолюдинам?
Ну да, поражение Королевского флота и провал разведки тяжёлым катком прокатились по самолюбию дарсийских лордов, адмиралов и генералов. Меня удивляет, как лорд Торстаг умудрился выкрутиться из неприятной ситуации, да еще повернул разгром «золотого каравана» в свою пользу. С другой стороны, один галеон все-таки дошёл до Суржи. Казна в убытке не будет, но ведь не зря в провинциях застонали, что в этом году подняли налоги. Значит, потери все равно ощутимые. Эх, не дотянуться сейчас до своей доли. Эскобето, надеюсь, надёжно спрятал золото.
Мог ли бывший капитан флотилии острова Инсильвады обмануть и присвоить мою долю себе? Не сомневаюсь, что его очень долго корёжило от желания смыться с ним куда-нибудь в пустынные земли Аксума вместе со своей красавицей-женой. Вероятность такого исхода невероятна высока, но я почему-то верю в порядочность Эскобето.
— Ну что ж, сеньор Сирота, — дознаватель вернул пустой бокал на стол и поднялся. — Приятно делать людям сюрпризы. Если не секрет, чем теперь займётесь?
— Тем же самым, с чего начал, — я счел нужным проводить Катберта до кареты. — Буду сопровождать купеческие караваны.
— Неразумно подвергать себя опасности, когда можно жить на доход от земли, — покачал головой гость, медленно шагая по дорожке к воротам. — А ещё можно найти невесту с богатым приданым. Так и вовсе не придётся рисковать.
— Я не привык еще к мирной жизни, — рассмеялся в ответ. — Кровь бурлит, требует приключений. Но к вашему совету прислушаюсь. Когда заработаю репутацию, уже не буду сам ходить по Рокане. Моя кондотта блестяще справится и без своего капитана.
Мы подошли к карете. Видерик Хумл распахнул дверцу и придержал за руку дознавателя, чтобы тот, не дай бог, не брякнулся со ступеньки. Брякнув шпагой о порог, Катберт скрылся внутри, но тут же высунулся и прикоснулся двумя пальцами к краю шляпы.
— Всего хорошего, господин Сирота. Не забудьте о своем представлении.
— Лёгкой дороги, господин Катберт, — отправил я вежливый ответ.