Ильдар получал от него подробные ответы. Салават соскучился по отцу. Это было видно невооружённым глазом. Он развернулся к Ильдару, ловил каждый его взгляд, каждое движение, каждый вопрос. Рассказывал тихим голосом, словно душа умерла, но живы были лишь сожаления. Отец и сын глядели друг на дружку. И у обоих щемило в сердце. Ильдар боковым зрением заметил, как дежурный поднялся. Не задерживаясь, Салават тоже спружинил.
«Какой он у меня высокий и тощий! Он похудел ещё больше!», — отметил Ильдар снизу на табуретке, сгорбившиеся плечи и впалые щёки.
Но тут же ворвалась другая мысль. Тоскливая, разрушительная и опустошительная своей правдивостью.
«Как?! Время закончилось? Так быстро? Сейчас Салават уйдёт! Уйдёт от него…, туда…, внутрь этого серого зиндана! Снова разлука! Разлука!», — он понял, что у него отбирают сына. Ильдар был готов завыть на весь коридор.
Салават не раскис и не дрогнул. Он виновато улыбнулся отцу, что, мол, папа, извини, ты видишь сам, но я должен удалиться. Сын тут же испарился за дверью, растаял, как сновидение, как дымка, как радиосигнал. Ильдар понимал, что за забором находятся остальные родители и посетители, которые нетерпеливо следят за стрелками часов и ждут, когда он выйдет и представится возможность свидания со своими сыновьями, мужьями, братьями, зятьями, отцами. Дежурный проводит его до выхода и встретит очередного горемыку, которому будет отпущено семь или восемь минуточек законного общения.
— Увиделись с Салаватом? — Наталья страдальчески скрестила пальцы в замок.
— Да, — Ильдар сделал пол-оборота ключом, чтобы машина завелась.
— Я тоже посмотрела на Илюшеньку! — она отвернулась к окну и провела подушкой пальца по глазу к переносице.
— Вы предупредили Илью, как я просил?
— Я не знала, как это сделать! Этот бугай постоянно колошматился рядом на табурете. Надоел.
Ильдар плавно нажал на педаль газа, отпустив сцепление. Иномарка тронулась вдоль забора.
— Вам не удалось предостеречь Илью? — выдохнул с тревогой Ильдар.
— Удалось! Я сказала ему об этом прямым текстом.
— То есть? — Ильдар раскрыл рот от удивления.
— Я сказала, чтобы Илья не рассусоливал своё задержание, не гундел с соседями и закрыл варежку, — искренне призналась Наталья.
— Вы прямо так и сказали? При охраннике? — Ильдар громко расхохотался, подивившись смелостью женщины и оригинальным выбором слов. Она определённо разряжала обстановку, и он был ей благодарен за это.
— А, что делать? — отчаянно произнесла женщина. — А Вы, как предупредили?
— Намёками.
— Салават понял?
— Да.
— Слава Богу, но я так не смогла! — Наташа облегчённо выдохнула. Она помолчала, а затем произнесла, — у нас жил попугай.
Ильдар ненадолго обернулся, не теряя бдительности за рулём. Он увидел её профиль, светлые волосы и в слезинках глаза. Сейчас она расскажет историю. Вероятнее всего, случай будет связан с Ильёй. Он с интересом послушает по дороге. Речи Наташи действовали, как волшебный эликсир, обволакивая болезненные рубцы лечебным раствором.
— Попугай?! — подтолкнул он.
— Да. Волнистый попугай. Илюша учился в первом классе, когда Наполеон умер, — так скоро и внезапно завершила она.
— Интересно, — растерявшись, заметил Ильдар. Он даже притормозил возле знака, позволяющего ему двигаться по главной дороге без остановки. Мужчина помолчал, дав ей собраться с мыслями.
— Наполеон был очень шустрый попугай, — Наташа выправила историческую цепочку в правильное повествование, — весёлый и общительный. Он часто садился к нам на плечи и что-то залихватски чирикал. Илья принялся его учить словам. Он повторял попугайчику несколько слов друг за другом по несколько раз на дню. В основном, твердил его уменьшительно-ласкательное имя «Непочка!» и поклон — «Привет!». Наполеон всегда придирчиво слушал, склонив свою ярко-синюю голову, щёлкая горбатым клювом и, заглядывая по очереди выпуклыми глазами-бусинками. К счастью, Наполеон оказался очень умным и поддающимся дрессировке. Он проявил чудеса. Он тянулся к знаниям. Буквально через две недели Илюшиных уроков мы услышали от Наполеона первые звуки. Он говорил тоном Илюши и потрясающе пародировал голос. Наполеон с нами поздоровался. Это проявилось внезапно и для нас стало настоящим праздником. Больше всех радовался Илюша. А для меня это было в диковинку. Мы были очарованы и влюблены в нашего сообразительного Непочку. Словно заметив, что забавляет нас, Наполеон беспрестанно повторял слова «Непочка!» и «Привет!». Но мало того попугайчик не бросил уроки. Илья сменил репертуар, добавив новые фразы. И самое главное, смышленый Наполеон продолжил впитывать новые слова, и был готов беспрестанно дополнять словесный понос, которым мы восторгались. Мы влюбились в своего домашнего болтуна.