Ильдар выключил смеситель. Из крана выкатилась последняя капля и сорвалась в раковину. Он вытер руки полотенцем. Ноги сами привели его в комнату Салавата. На полке настенного шкафа он наткнулся на лист со стихом, который недавно изучал. Он прижался к листу, словно обнял сына. Провонявший протухшей едой лист, нёс чужеродный и неприятный запах отчуждения.
«…От горя, множества смертей
и на ношение клейма позора,
неужто, ждёте окончанья вы вселенских дней?».
Ильдар прочитал стих полностью. Теперь каждая строка воспринималась более трагично, более обречённо и более осязаемо.
«Как же, Сынок, ты согласился на наркотики? Когда же ты успел подсесть на них? Я же ничего не успел заметить и сделать! Ничто не предвещало беды! Почему я не заметил, как ты изменил своим мечтам! Ты же собирался окончить институт! Получить водительское удостоверение! Скопить на машину!».
Ильдар замер.
— Скопить на машину! — негромко сказал он, резко обернувшись на угол. Мужчина торопливо вскочил. Открыл настежь дверь шкафа. Среди вещей сына должен был находиться кошелёк, куда Салават складывал личные сбережения. Об этом знали Ляля и он, потому что они сами подарили кошелёк с пятитысячной банкнотой на день рождения, с шутливыми пожеланиями скорейшего богатства и расцветания. Салават весело рассмеялся и громогласно объявил, что начинает копить на «Феррари». Через несколько месяцев на интересующий вопрос отца, сколько денег удалось отложить, Салават бескорыстно и с потаённой гордостью ответил: «Пятнадцать тысяч!».
Ильдар сразу разглядел матовый свет чёрного портмоне. Он взял в руки бумажник, ощутив тонкую боковину мужского аксессуара. Ильдар одёрнул себя, пробурчав, что купюры не занимают много места и деньги находятся на своём месте. Мужчина с трепетом раскрыл кошелёк. Внутри оказалось пусто, как в морозильнике холостяка.
«Замечал ли за Салаватом что-то подозрительное? Произошли незапланированные денежные траты?» — перед Ильдаром будто сидел друг.
— Да, Денис! Не всё так безоблачно, как я думал! Подозреваю, что пятнадцать тысяч куда-то исчезли. И, вероятно, что они «ушли» к трёхглавому змею, на оплату запрещённого товара.
Ильдар кинул пустой кошелёк обратно и взъерошил волосы. Теперь отец принялся сопоставлять факты. Но уже глядел, словно с высокой мачты на расстилающую петлёй дорогу.
«И ещё, хочу устроиться на два месяца на работу! Ну и что?! Буду учиться и работать!».
— А ведь сын работал на каникулах и во время учёбы! Ему платили, по меньшей мере, десять-тринадцать тысяч рублей. Получал стипендию в две тысячи рублей. Куда он тратил деньги? Неужели всё уходило на кафешки? Чересчур жирно. Салават не тратился на одежду и обувь. Покупали с Лялей. Приобретали ему каждый месяц проездной на общественный транспорт. Мы не считали его деньги, не контролировали денежные потоки. А, зря! Он ничего не купил за последние полгода! Где, тогда его накопления?!
Сумма вырисовывалась скромная, но для студента института более чем роскошная. Это простая арифметика зажгла яркий огонь в душе отца. То, что он защищал сына от подозрений Дениса, поблекло, превратившись в мыльную пену, щипающий глаза до красноты. Ильдар судорожно принялся вспоминать, какими вопросами задавался одноклассник. Развевающим ветром устремились к небу красные угольки сомнений в невиновности.
«Замечал ли за Салаватом что-то подозрительное? Ну, например, что-то необычное, не поддающее объяснению? В поведении? В выскользнувших из уст словах? В манерах? Может, появилось что-то новое в интересах? Новые слова и выражения? Может в здоровье что-то разладилось? В жизни и учёбе произошли какие-то изменения? Незапланированные денежные траты?».
— Незапланированные и необъяснимые денежные траты — первая ласточка из череды тайн! — Ильдар потянулся к мобильнику. Ему необходимо этим открытием поделиться с Денисом.
— Алло, Денис! Ты меня слышишь? — захлебнулся он после щелчка в трубке.
— Да, Ильдар. Слышу! Я доехал до места работы! — Машков, пульнув вопросом, тонко попал в десятку мишени, — что-то вспомнил?
— У Салавата были сбережения. А сейчас они пропали!
— Какая сумма?
— Около пятнадцати тысяч!
— Ого! Я так и думал! Любое преступление, без исключения оставляет финансовый след.
— Можно ли, Денис, как-то выследить, на что Салават их потратил?
Денис помолчал, но тишина вскоре нарушилась его размеренным голосом.
— Наверняка! Давай попробуем?! Ты разбираешься в компьютерах?