Ильдара поглотили слова Натальи.
«Илюша возвратился утром от Салавата больным. Он жаловался, что у него заболели зубы. Я приказала открыть рот и стала смотреть, но не поняла, в чём дело. У него кровоточили дёсны. Сделала раствор чайной соды, чтобы снять воспаление и убрать отёк. Истинную причину не поняла. Подумала, что у него стоматит. Отругала Илью, чтобы чаще мыл руки. Но он долго лечился. Затянулось».
Ильдар признал, что все опасения свершились. Терзаемые вопросы получили достаточные и полные ответы, которые опалили и без того сожженную душу. Теперь на месте бревенчатого сруба останки догорающего пепелища и золы.
— Когда поедешь в больницу, Ильдар? Будешь ей сообщать?
Ильдар не имел представления, как он расскажет жене всю историю, без экивоков и петляющих, как ветка метро, путей.
— Собираюсь к ней! — грустно объявил он, как врач. — Что ей сказать, Денис? Ума не приложу!
— Скажи, что посоветуешься с хорошим адвокатом. Он поможет. Больше нет смысла скрывать. Когда её выписывают?
— Не знаю. Я ей даже утром не звонил! Завертелся.
— Ты поддержи её. Беда должна сплотить семью, а не разобщить! Если понадобиться моя помощь, то знаешь, как со мной связаться. Сам поговорю с Лялей.
— Спасибо, Денис! Ты потерял уйму времени со мной!
— Не говори ерунды!
До полуночи Ильдар чувствовал себя, как студент-первокурсник перед экзаменом. Он нервно и слишком часто посматривал на часы, отмечая, что время остановилось, особенно сейчас, вечером. Днём Ильдар съездил в больницу. Встретился с супругой. Она выглядела лучше. Ляля сообщила, что курс лечения заканчивается в четверг, то есть завтра, а на следующий день её выпишут. Ильдар отметил положительное действие уколов и лекарств. Исчезли синяки под глазами, и появился блеск во взгляде. Она глядела с каким-то торжеством. Он похвалил её, поцеловав нежно в губы. Ляля с воодушевлением напомнила, что мужу надо ехать за сыном и попросила не опаздывать, чтобы Салават не замёрз в ожидании возле ворот. У Ильдара не повернулся язык, чтобы сообщить ей страшную правду. Не мог перебороть свой внутренний страх остаться одному. С Салаватом, к великому сожалению, определилось. Сын попробовал наркотик и преступил закон. Но Ильдар не будет сидеть, сложа руки. Но затем…, позднее. Пусть сначала встретит сына и привезёт домой. Пусть Салавата отпустят. Дадут день или два до заключения под стражу и препровождения в следственный изолятор. Ему необходимо взять сына за руку. Успеть, поговорить. Без тусклых кабинетов и мордоворотов в форме. Ильдар поднял глаза к потолку и прочитал молитву. Отец уповал на небеса и милосердного Аллаха. Следом Ильдар подумал, что выберет стратегию выхода из тупика. Обязательно отыщет способ. Ильдар расскажет Ляле правду. Но только дома, а не в больнице. Куда денешься? Информация превратилась в угрожающую и открытую, которую невозможно прикрыть салфеткой, как салатницу. Ляля соберётся с силами. Иначе он один не потянет. Ему тоже нужна поддержка. Поддержка жены, как нельзя кстати. Они — родители! Любящие Папа и Мама! Их хватит, чтобы довести дело до конца. До благоприятного финала. Они с Лялей должны соблюдать строгую линию. Как произнёс Денис, беда должна сплачивать семью! И это верное утверждение! Неоспоримо, как теорема и крепка, как железобетон. Они наймут адвоката, которого посоветовал одноклассник. Как признал Денис, адвокат сориентирует, в каком направлении двигаться.
Ильдар полежал на диване. Посмотрел телевизор. Послушал музыку. Почитал книгу. Наконец, выпил две чашки растворимого кофе. Он делал всё автоматически, не понимая разницы в перемене деятельности. Но ему удалось убить время. В назначенное время мужчина вышел из дома.
— Почему так много машин? — опешил Ильдар, заезжая в знакомый поворот и выискивая место для остановки.