— Молодец, начало неплохое. Но, не увлекайся. Ты еще даже не ученик, ты просто взял в руки оружие. Не более того.
Столь же неуловимо и быстро, как приблизился, он отстранился, убрал меч. Ощупав горло, Мычка сглотнул, сказал, с трудом сдерживая возбуждение:
— Прости. Возможно, я забылся, но это непередаваемое ощущение окрыляет.
Филин улыбнулся, ответил:
— Я вижу, и это хорошо. Значит стезя воина тебе не чужда и наши усилия не пропадут даром.
Не поняв, что имел в виду собеседник, Мычка сходил за оружием, тщательно стряхнув налипший снег, поинтересовался:
— Что дальше?
Филин пожал плечами.
— Продолжаем. Но сперва несколько замечаний…
Мычка выслушал, но от будоражащего кровь восторга понял не все, если не сказать — вообще ничего не понял. Слова казались лишними, неуместными в этом празднике куража и силы. Хотелось двигаться, жить, ощущать непривычную, но столь приятную тяжесть в руке, чувствовать холодок ветра, слышать мелодичный звон.
Филин чуть нахмурился. Рассеянность Мычки не укрылась от его внимательного взора. Однако, не смотря на явное невнимание слушателя, он договорил. В его взгляде, обращенном на вершинника, проглядывало нечто странное, словно в стоящем напротив молодом парне он видел отражение себя, каким он был давно, со всеми свойственными юности радостями и недостатками, с высоты минувших лет вызывающими лишь слабую улыбку грусти.
— Продолжим.
Соперники подняли оружие, и лес вновь наполнился мелодичным звоном. И вновь, как и в первый раз, Мычка ощущал кураж и будоражащую кровь сладкую радость, с какой тело вбирало живительную силу боя, за долгое время болезни истосковавшись по движению.
— На сегодня хватит.
Филин шагнул назад, выйдя за пределы досягаемости. Разгоряченный боем, Мычка подался следом, и лишь несколько мгновений спустя осознал услышанное. Он спросил с удивлением:
— Уже все? Но ведь я полон сил!
Филин сказал насмешливо:
— Возможно, но ты здесь не один.
Поняв, что сглупил, Мычка закусил губу, сказал покаянно:
— Прости. Это настолько кружит голову, что я сам не знаю, что говорю.
Хозяин дома отмахнулся.
— Пройдет. По началу со всеми бывает.
Он старался говорить отстраненно, и даже с пренебрежением, но, по блеснувшим в глубине глаз искрам, Мычка понял, его слова доставили собеседнику удовольствие. Прижав руки к груди, он воскликнул:
— Никогда! Такое не может пройти. Ведь это же, это… — он задохнулся, не найдя подходящих слов, чтобы выразить охватившие чувства.
Филин покачал головой, сказал строго:
— Остынь. Все когда-то проходит. Хотя, тут ты прав, некоторым вещам не перестаешь радоваться даже многие годы спустя.
Он ушел в дом, а Мычка еще долго бродил по лесу, не в силах успокоиться. Мышцы требовали нагрузки, а в черепе вихрем листвы кружились обрывки мыслей. Мир уступил место фантазиям, где он сокрушал чудовищ, размахивая блистающим как пламя зари мечом, побеждал дерзнувших бросить вызов соперников, отчего удостаивался уважения старейшин и страстных взглядов красавиц племени.
Лишь когда из-за наступающей тьмы стволы деревьев стали мутнеть и расплываться, а мороз, усилившись, начал пронимать даже сквозь одежду, Мычка успокоился. Вернувшись домой, он тщательно очистил оружие, водрузил на место и приступил к приготовлению ужина, предвкушая повторение тренировки на следующий день.
Однако, к его удивлению, ни на следующий, ни через день, Филин и словом не упомянул о занятиях, словно и звон оружия, и возбуждения боя привиделись во сне. Мычка все также брал меч, бродил неподалеку от дома, срезая сучки и веточки, но и только. Минула седьмица, когда, проснувшись с утра, Мычка обнаружил Филина возле стены с мечом. Хозяин дома стоял неподвижно, неотрывно глядя на меч. Услышав шорох шкур, он отстраненно произнес:
— Желание еще не пропало?
Остатки сна как рукой сняло, Мычка живо оказался на ногах, воскликнул с подъемом:
— Еще бы! Только, почему так долго? Уж сколько дней прошло…
Филин замедленно повернулся, и Мычка поперхнулся словом, настолько непривычно серьезным оказалось лицо хозяина дома.
— Нам обоим нужно было подумать. Тебе — чтобы понять, насколько сильно желание, мне — чтобы принять решение.
В ожидании чего-то необычного и удивительного перехватило дыхание, кусая губы от нетерпения, Мычка осторожно поинтересовался:
— И что за решение?
Филин помолчал, сказал, тщательно подбирая слова:
— Ты брал в руки меч, испробовал сладость… боя, но ты даже отдаленно не представляешь, что можно творить с его помощью. Хочешь ли ты… узнать?