Я не знала, что сказать. Не знала, видит ли во мне Радомир женщину. Наверно да. Он же меня спас, довёз до дома, подарил цветы, телефон. Вряд ли Янка справилась быстрее, чем за один день.
– Девочки, я дома, – крикнул из коридора Артём.
– Ага, мы тут, – ответила Яна, а я, сжав зубы, вернулась к салату.
Брат тоже переоделся, сходил умыться и вошёл на кухню. Я боялась угадывать, что у него на уме. Похоже, его встреча прошла плохо и теперь он ищет, на ком сорвать злость.
– Как прошло? – медовым голосом спросила Яна, будто зная, куда надавить, чтобы устроить взрыв.
– Отвратительно! Но чёрт с ним, с бизнесом. Объясните мне, какого хрена происходит в нашей семье?!
– Не ругайся, – машинально поправила я.
– Буду. У меня не хватает цензурных слов на то, что вы устроили.
– Не переживай, братик, – ворковала Яна. – Мы уже всё обсудили. Машке приглянулся мой жених, вот она и…
– Он тебе не жених!
– Так, это уже ни в какие ворота не лезет, – прервал Тёма. – Начнём с того, что тебе, Маша, рановато думать о мужчинах. Тем более о тех, что в отношениях...
– Во-первых, мне уже восемнадцать, и я могу думать, о ком захочу! А во-вторых, упомянутый мужчина НЕ в отношениях!
– Прекрати, пока ты в этом доме, я не позволю…
– Тогда я уйду из дома!
Глава 9 – Цена свободы
Брат откинулся на спинку стула и наклонил голову к плечу. Янка мерзко захихикала.
– И куда ты пойдёшь? На улице жить будешь? – спросила она.
– Лучше уж на улице, чем жить под одной крышей с людьми, которые меня не слышат! – я швырнула полотенце на стол.
– Все тебя слышат, – процедил Артём. – Просто ты не хочешь слушать нашу реакцию на свои слова? Перед Яной извинилась? Ты, между прочим, больно ей сделала.
– То есть я виновата, что она вырвала вазу, разбила её и порезалась?!
– Не смей повышать на меня голос, – опустил подбородок Тёма.
Нет, гляньте на него. Альфа-самец, блин.
– Видишь, вы не слышите меня даже когда я кричу. Мне надоело. Я ухожу, всё.
Сказано – сделано. С видом оскорблённой королевы я вышла из кухни и пошла в свою комнату, собирать вещи.
– И куда ты пойдёшь, а? – насмешливо крикнула Яна.
Мне было всё равно. Быстро скинув пижаму, я нырнула в джинсы, надела подаренную Светой футболку. Затем распахнула шкаф и вытащила спортивную сумку. Стала скидывать туда одежду, носки бельё, косметичку, блокнот, старенький ноутбук.
– Ну и что ты делаешь? – к дверному косяку привалился хмурый Артём.
– А на что это похоже? – огрызнулась я.
– На детские капризы. Маша, тебе что, четырнадцать? Успокойся и верни вещи на полки.
– Нет!
– Что ж, хорошо. Ты можешь идти. Но сумка останется здесь.
– В смысле? – я даже оглянулась, недоумённо изогнув брови.
– Вот так, – Тёма подошёл и забрал из моих рук зарядку от ноутбука. – Все твои вещи купил я. Хочешь идти – вперёд, но мои вложения в тебя останутся здесь.
Мои брови поползли вверх.
– Артём, ты серьёзно?
– Абсолютно, – он взял сумку и швырнул её в угол комнаты.
– Хочешь, чтобы я голая на улицу ушла?
– Я не хочу. Это ты собралась уйти, – он вскинул подбородок и с видом победителя вышел в коридор. – Успокаивайся и идём ужинать. Извинишься перед Яной и забудем об этом недоразумении.
Некоторое время я просто смотрела на пустой проём и не верила в то, что это и правда происходит. Он же не всерьёз? Впрочем, какая разница?
Я оглядела себя. Скинула джинсы, футболку. Подошла сумку и, покопавшись в пакете, выбрала другое бельё. Потом назад к шкафу и надела джинсовые шорты, в которых приехала сюда. Тогда было начало лета, но эту вещь мне покупал отец. Бельё тоже старое, футболка и толстовка – из дома. Выгляжу как бомж, приехала налегке, потому что «в большом городе приоденут». Собственно, вот результат.
В коридор я выскочила босиком и полезла в шкаф за старыми кроссовками. Подошва там отваливается, но чёрт с ним.
– Маша, ты чем там занимаешься? – я услышала, как брат встал со стула, и схватила связку ключей. – Ты…
– Отвали от меня! – рявкнула я, распахивая дверь. – Всё, чем ты меня одарил, осталось в комнате. Футболка – подарок подруги, шорты из дома. Трусы проверять будешь?