Наверное, её тоже никак не оставляли мысли об умершей бабушке. Хоть и пошла уже вторая неделя после её похорон. Скорее всего, эти мысли и мешали ей вчитаться. Но как бы то ни было, в этот вечер отрываться от книжки она явно не собиралась.
Папа, как всегда, засел за своим ноутбуком и «окунулся» в Интернет. Ему это помогало отвлечься почти во всех случаях, вот и теперь он, наверняка, уже ни о чём грустном даже и не думал. Он, правда, каждый раз в таких случаях, и раньше, и сейчас, говорил, что ему нужно чего-то там «накопать» по работе. Да только мама с Оксаной знали, что он если и делал там что-нибудь «по работе», то вовсе не столько, сколько вообще в Интернете «висел». Как-то, уже несколько месяцев назад, он ненадолго отлучился от своего компа, оставив его на столе и даже не потрудившись выйти в инете с того сайта, где вот так, в поте лица, «копал». То ли забыв, то ли понадеявшись быстро управиться. Побежал в туалет, кажется, а мама и дочь тихонько в его ноутбук заглянули. Мама с трудом тогда удержалась, чтобы не высказать папе всё, что она в тот момент подумала. «Копание» в Интернете на сайте знакомств, как она считала, для женатого мужчины было явным перебором. Да и то это «удержалась» было больше заслугой Оксаны, которой удалось тогда папу «отмазать». Ну и что, что сайт знакомств! Мало ли! Может, просто на работе кто-то рассказал, а папе и стало интересно, что там и как. В это мама, кажется, тогда поверила. Тем более, что папа тогда «висел» там как гость. Вот только после этого случая верить в то, что папа в инете что-то «копал» для работы, и мама, и Оксана отказывались напрочь. Знал бы об этом папа, который тогда так и остался в неведении относительно своего разоблачения! Ему они пока об этом не говорили. Хоть и потом ещё не раз так папу подлавливали. С таким же результатом.
И вот в тот вечер Оксана осталась предоставленной сама себе. Хотя именно в тот вечер ей этого хотелось меньше всего. Так было нужно хоть с кем-нибудь поделиться своими мыслями по поводу найденной в компьютере непонятной и страшной бабушкиной игры. Она попробовала было обратить на себя внимание хоть кого-то из предков, да только мама сразу стала ей жаловаться на то, что она «сегодня ужасно устала на работе» и теперь ей очень хочется отдохнуть, ни с кем не общаясь и не разговаривая. Папа «пропел» что-то похожее, и, потеряв надежду быть хоть кем-нибудь из «предков» услышанной, Оксана закрылась у себя в комнате.
Что ей оставалось? Чем было заняться? Снова залезть в бабушкину игру? Было страшновато. Стоявший на столе компьютер, из-за содержавшейся в нём жуткой игры, теперь и сам выглядел каким-то зловещим. По крайней мере, Оксане тогда так показалось. Жаль что предков никого так и не получилось расшевелить. Хотя… Стоило ли им обо всём этом рассказывать? По крайней мере, сейчас? Самое большее, чего, пожалуй, в этой ситуации от них стоило ожидать, так это того, что они настояли бы ту игру с компа удалить, дабы не травмировать «хрупкую детскую психику». Оксана даже не знала, помогло бы в этом случае или нет, если бы она рассказала им о связи этой игры с бабушкой. Скорее всего нет. Тогда зачем вообще им это рассказывать? Пока лучше всего было им ничего не говорить. А там видно будет.
Весь вечер она промаялась от безделья. Уроки давно были сделаны все, в Интернет почему-то не хотелось, как не хотелось ни читать что-нибудь, ни смотреть телевизор. Пробовала браться то шить, то вязать, – этим она иногда увлекалась, – да только и это всё буквально валилось у неё из рук. Из головы всё не шли мысли о найденной сегодня в её в компе кошмарной игре. Ей всё казалось, что та игра очутилась там неспроста, не просто же так бабушка говорила тогда словами из её названия! Пробовала она эти мысли от себя гнать, да только они так за неё цеплялись, что ничего с ними поделать не выходило. Так еле-еле она смогла протянуть до начала ночи. И когда, наконец, легла спать, так от всего этого устала, что уснула в момент.
Сладкая пучина сна приняла её в свои объятья нежно и быстро. И вмиг затянула в себя почти что на самое дно, где не было никаких видений, только сон, крепкий и спокойный. Это было настоящее забытье, когда не ощущаешь ничего – ни себя, ни простирающегося вокруг пространства, ни протекающего через тебя и всё вокруг времени.