— Что у нас дальше по списку? — уточнила Марселлинн, вся в грязи сажи и копоти.
— Вроде всё, — сквозь зубы ответил Стас. Ректор умудрился его ранить ещё в ногу.
— Не всё! — радостно откликнулась Яна сзади. — Остался ещё клуб «Гаечный ключ», в Заводском районе.
Стас ругнулся про себя, ещё раз попросил отключить наркоманку, и они двинулись на Дэдмобиле к границе Горного района. За рулём его сменила Марселлинн, потому что управлять транспортом на такой скорости он бы не вытянул.
— Стойте! — вдруг подпрыгнул на месте Гарри, едва не прошибив потолок машины. А он может, честно говоря. — Мы же подожгли «Гаечный ключ» вместе с его содержимым почти сразу, как вышли из «Горных тигров».
— Ага, там же было недалеко, хоть и другой район, — подтвердил Стас и повернулся к пророчице: — Яна?
— Гарри убьёт Абдурахманова! — радостно выдала она.
— Эта наркоманка сломалась, — буркнул он. — Несите новую.
— Я тебе дам новую! — возмутилась Марселлинн. — Едем домой, значит. Пусть Антуан её лечит. И заодно тебя. А то уже как швейцарский сыр, весь в дырках.
— Он стал под дерево и ждёт, и вдруг граахнул гром — летит ужасный Бармаглот и пылкает огнём! — выдала Яна.
— Чего? — поразились Гарри и Стас.
— Это Льюис Кэрролл, стихи про Бармаглота, — ответила Марселлинн и прибавила скорость.
— Вот не понять вас, Арина Алексеевна, — съехидничал Гарри. — С одной стороны, вроде гопница-гопницей, а с другой, зарубежную поэзию знаете, и вообще культурная женщина.
— Убью, как приедем, — пообещала гопница, но потом, к счастью, забыла.
Она такая. Вспыльчивая, но отходчивая. Главное под руку не подвернуться, когда она психанула. На меня это не распространяется, а вот пару человек мне приходилось оживлять, когда она только-только стала миньоном, и у неё не всегда получалось рассчитать силы.
Дэдмобиль набрал скорость и поехал прочь из Великоуральска, к нашей усадьбе. Всё по той же многострадальной улице имени Леонарда Коэна и минут так через полчаса остановилась у нашего дома. Дальнейшее вы знаете. Конечно, насчёт уничтожения всей наркомафии Великоуральска, это, конечно, ребята погорячились, но удар нанесли существенный. Канал поставки наркотиков теперь нескоро восстановят, хотя и постараются.
Но вот мы точно, на совете, собранном сразу после того, как я убил и воскресил Яну, но уже в здравом уме и трезвой памяти, решили активно этому мешать. Потому что достало нас это уже, откровенно говоря. Количество наркоманов, больных СПИДом, растёт из года в год. Власти, полиция и общественники, только и собирают круглые столы или БДСМ-пати, как Рабинович. Кстати, раз уж речь зашла о нашем мэре, то и его грохнем, если понадобится. Хотя причастность Рабиновича, так и не удалось обнаружить, даже с полученной информацией. Серёга хорошо постарался. Помимо того, что нам стали известны некоторые деятели связанные с особенностью местной политики и экономики, мы очень так неплохо обогатились, и это радовало, потому что мой личный счёт, с которого кормилась вся команда, сильно исхудал. А информацию будем использовать в дальнейшей работе. До тех пор, пока Марселлинн не надоест бороться с преступностью. Когда она наконец поймёт, что просто уничтожать преступников, это хорошо, но мало.
А тогда мы просто собрались на кухне и за ужином решали, что нам делать дальше со всем, что случилось. Зомби Юля готовила нам еду, а Серёгу озадачили покупкой пива, и он как-то справился, хотя денег-то у него не было, всё было потрачено на трубы. Ну как понимаете с деньгами, пиво любой дурак купит.
— У нас сразу две головные боли, — проворчал я. — В деле появились какие-то стрёмные оборотни, это во-первых, а во-вторых, стала реальной перспектива серьёзной разборки с властями.
— Она реальной стала, после того как мы этих четырёх уродов повесили, — фыркнула Марселлинн. — А теперь просто всё усугубилось.
— Как-то странно, — вдруг изрекла Полина. — В прошлом году такие разборки тут творились, и всем было наплевать…
— Они не выходили за пределы Горного района, здесь можно хоть среди бела дня детей есть, ни одно грёбаное местное СМИ этого не сообщит, — объяснила Арина. — А в этот раз вышли. Вот и дёргаются все, от федералов и местных. Бегают и истерят. Особенно те, за кем может прийти «мёртвая команда».
— И чего?
— Да насрать. Из-за уголовной резервации в этом районе весь город сползал в выгребную яму. Но мы с этим покончим, — сурово заявила моя жена. — А те, кто будет мешать, отправятся следом, в могилу, за своими любимыми уголовничками.