— Это вряд ли. На Полину же и Ольку все мои фокусы действуют, так что зайдём с твоей помощью и посмотрим…
— А как посмотрим-то?
— Не бойся. Всё предусмотрено.
С этими словами я достал из кармана два амулета.
— Что это? — подозрительно спросила Марселлинн.
— Подарок от Лисёнка. Амулет невидимости. Работа какого-то её приятеля. Подарила мне после стычки с ангелом, так вот и таскал в кармане, ждал когда понадобиться.
— А чего она тебе разные амулеты дарит? — моя боевая подруга и не думала сбавлять темпы подозрительности.
Алиска, конечно, девушка шикарная, но всё-таки поводов ревновать не давала и потому моей любимой надо было спрашивать, почему я таскаю с собой в кармане эти штуковины. Но, женщины, что поделать. Хотя и к лучшему что не стала выяснять. На эти её расспросы я не знал, что отвечать, а врать мне не хотелось. Хотя сейчас всё равно придётся.
— В благодарность за то, что взяли на практику, — быстро отбоярился я. — Так, солнце моё ненаглядное, мы тут стоять будем, тешить твою ревность или всё-таки займёмся делом?
Что-то ворча себе под нос о наглых рыжих сучках, Марселлинн быстро застегнула на своей прелестной шейке амулет, а я натянул свой талисман. По логике мы бы должны исчезнуть из поля зрения друг друга, но мы продолжали и себя и партнёра. Хоть и размыто. Всё потому что амулет парный. Чтобы не терялись и не искали.
Продолжая ворчать, Марселлинн схватила меня и шагнула сквозь стену. Мы оказались внутри бывшей водонапорной башни. И тут царила затхлость и запустение. Можно было бы подумать, что мы ошиблись, но на пыльном полу, виднелась отчётливо цепочка следов ведущих на другие этажи. Подумав, мы пошли по следам и вскоре наткнулись на разумную жизнь, в лице этого самого Крысолова. Он находился на втором этаже и с кем-то разговаривал по телефону.
— Да, я хочу, чтобы ремонт в Башне Рейнгарда начали делать уже завтра! — с нажимом на каждое слово продавливал собеседника Горбатько. Глеб Васильевич. Болт ему в задницу.
Наверняка ведь влиял на собеседника, чтобы тот живо метнулся и сделал всё, как бандитской душе угодно. Тот, конечно, гнулся, но не ломался. Думаю, что если не напрямую, то всё-таки какие-то ограничения есть. Ладно с этим будем позже разбираться. Сейчас пока послушаем. А нет, облом. Походу собеседника он всё-таки продавил и повесил трубку. Хотя на самом деле никуда её не вешал, просто нажал «отбой» на экране. Но выражение устойчивое, что поделать.
О! Крысолов решил ещё кому-то позвонить. Это прекрасно. Послушаем.
— Приветствую Вас, Темпус Доминус, — подобострастно сказал бандит кому-то. Я перевёл взгляд на Марселлинн, это явно латынь, а она знала этот мёртвый язык лучше меня. Однако моя супруга приложила палец ко рту и покачала головой. Потом так потом.
— Нет, Темпус Доминус, — кто бы он ни был, Крысолов явно его боялся, раз даже разговаривал стоя. — Я не нашёл ни малейших следов «Мёртвой команды». Но дочь Рейнгарда может что-то знать. Я так и не понял, то ли на неё моя способность не действует, то ли что-то другое… Да, я предложил ей пожить у меня. Отказалась. Но я не продавливал, так что может быть она просто с любовником живёт. Хорошо, попробую ещё раз. Да, Темпус Доминус. Я попробую выйти на Рабиновича, может быть, он что-то знает. Хорошо. Я буду осторожен. Я помню что моя главная задача восстановить канал наркотрафика. Но надо помнить, что эти уроды могут мне помешать, так что сначала лучше остановить их… Хорошо Темпус Доминус. Я понял. Параллельно. Всего вам доброго!
С этими словами бандит повесил трубку. Потом резко обернулся и посмотрел в нашу сторону.
— Кто здесь?! Выходите!
Разумеется, мы не стали подчиняться приказу. Тогда Крысолов прошёл вперёд, мы расступились, давая ему пройти, и стал осматривать помещение. Это действо он сопровождал громогласными приказами немедленно показаться ему на глаза. Херушки! Марселлинн кивнула мне, показывая головой на улицу. Я согласно закивал. Действительно, дальше здесь находиться не имело смысла. Всё что мы хотели, уже узнали и потому быстро покинули башню. Кажется, Горбатько всё-таки успокоился, решив, что ему просто показалось.
— Что такое Темпус Доминус? — спросил я у жены, когда мы шли к машине.
— Повелитель времени, по идее. Господин Времени или ещё пара вариантов, смысл один — тот, кто повелевает временем, — пожала она плечами, садясь за руль катафалка. Я плюхнулся на соседнее сидение.
— Интересно, это такое пафосное погоняло мелкого урки, или оно что-то значит? — задал я риторический вопрос, когда мы отъезжали с Волчьей улицы.
— У Архимага спроси, — отмахнулась Марселлинн. — Или мы по-прежнему с ним воюем? Тогда я могу в архивы напроситься. Договор был о пользовании без ограничений.