«Попробуй».
Неожиданно гигант сделал жест, будто перекидывает что-то ему с такой легкостью, с какой бросают волейбольный мяч девочки-любители. Существовала только крыша. Эйден чувствовал кожей, как что-то крупное и тёплое перекатывается в пространстве ему навстречу. Существо из летучих мышей делало вид, что передаёт ему небо.
«Ты будешь новым Атлантом», — заключил он, возвращаясь к началу разговора. Дырки на месте глаз покраснели, из них потекла кровь. — «Лови, иначе погибнут все твои друзья».
Эйден посмотрел на него внимательно и убрал руки в карманы.
Воображаемое небо прошлось по нему, как огненный торнадо, спалив куртку и утихая по мере приближения к ногам, легло на крышу и растаяло. Настоящее оставалось над головой.
«Ты сошёл с ума?!» — взревело существо. Летучие мыши закопошились и угрожающе повисли в воздухе. — «Я же сказал, что все умрут!»
— Блефуешь… — пробормотал Эйден.
«Как ты понял?»
— Ты не можешь передать кому-то такой груз, не проверив его — это раз. Небо вообще не в вашей компетенции, а в руках богов, поэтому моя предполагаемая работа началась бы непосредственно под землёй — это два. Ну, в-третьих… — он улыбнулся. — С моим зрением не очень хорошо держать такую тяжесть…
Сознание демона разъединилось, оставив по маленькому кусочку каждой летучей мыши. Они всей стаей ринулись вперёд, и Эйдену ничего не оставалось, кроме как спуститься в помещение, но тогда могли пострадать Куро и Хинами, дежурящие где-то на этаже.
— Сейчас! — воскликнула по рации Энджел. Возможно, она сказала что-то другое и даже не ему, поскольку в ухе у Картера давно был не передатчик, а расплавленное месиво, которое не терпелось оттуда вынуть. Но сразу после её возгласа что-то яркое и прямое рассекло стаю летучих мышей, и они лопнули одна за другой. Те, что уцелели, развернулись и принялись атаковать врага, но Джуничи не обращал внимания даже на ту, которая уселась ему на нос, и с отточенными движениями робота продвигался через тёмную гущу. Его работа катаной восхищала, поскольку орудие настоящего мечника является продолжением его руки.
— Шон умрёт от зависти, — сказал Эйден, когда последняя мышь обратилась в пыль. — Спасибо за помощь.
— Кажется, он… — Джун не договорил и обернулся к краю крыши. Проследив за его взглядом, Картер увидел, как длинное извивающееся существо размахивает вышеупомянутым Шоном, словно красным флагом. Правда, через пару секунд «флаг» налился зелёным, и увеличившаяся в размерах лапа с треском взорвалась, а самостоятельно освободивший себя из плена Ламберт подсекал ему ноги. — …в нашей помощи не нуждается.
— Вы можете отдохнуть минуты три, — быстро проговорила Энджел. — Скоро проход из-под земли закроется, но они могут выскочить в последний момент, так что кто-то должен быть начеку.
— Есть, — послышался голос Хинами.
— Так точно, — поддакнул Куро.
— Мать твою, ублюдок, тварина, чтоб тебя дважды нахрен, — присоединился Шон. — Ой, не вам.
Сорвав с себя всё лишнее и ненужное и налюбовавшись почерневшей съёжившейся курткой, Эйден достал из чуть тёплой аптечки противоожоговые повязки. Когда он их покупал, казалось, что деньги уходят на какую-то бесполезную ерунду, потому что как раз с этим они никогда не сталкивались. Присев рядом, Джуничи осторожно потрогал застывающую массу, в которую превратились дорогие парные пистолеты Эйдена.
— Они пришли из Греции, — сказал Джун. — Как я понял, внизу выродок из племени прокрустов, которое обратилось в третьесортных демонов, вытягивающих людям руки и ноги.
— А здесь было нечто, именующее меня новым Атлантом… Но это явно было глупостью, поскольку небо не может удерживаться летучими мышами.
— Всё-таки они чуют, — вздохнул японец, помогая нарезать лоскутами сплошную ткань повязки. — На вас с Ламберто-саном напали сразу, к тому же, пытались заговорить. Мы обычно тоже подвергаемся нападениям, но, видимо, на вашем фоне пропали вообще.
— Заговорить, — повторил Эйден, нахмурившись. — Раньше нам никогда не предлагали перейти на ту сторону… Хоть и знали, что мы генетически очень на них похожи. Почему сейчас? Это связано с Дьяволом?
Помолчав, Джуничи предположил:
— Я, конечно, не тайчо, но… Есть одна идея. Всплеск активности выпал на тот период, когда Лаватейн-сан и Фабиан-сан находятся не здесь. Если я не ошибаюсь, ими нечисть интересуется очень активно.
— Думаете, они решили, что без них мы передумаем?
— Скорее, им свойственно полагать, что вы сейчас ослаблены. Простите.
— Нет-нет, так и есть, — посмотрев вниз, где Шон отбросил оружие и пинал догорающие останки ногами, Картер прикрыл глаза. — У меня нет рации, скажите Шону, что он идиот.
Джуничи покорно выполнил просьбу. Возмущению Ламберта не было предела.
***
Хинами уже хотела прилечь, используя напарника в качестве подушки для ног, когда стена открыла рот. Они с Куро обнажили фирменные клинки, рукояти которых были украшены символическими резными цветами. В стене в конце коридора, где располагался тупик, зияла огромная дыра — не чёрная, а грязно-серая с красными разводами; оттуда доносился неприятный вой, перемежаемый высокими писками. По форме отверстие напоминало округлившиеся от удивления губы, которые тянули звук «о».
— Надо переждать в той комнате и придумать план, — Куро быстро пихнул девушку в сторону.
— Не будь тряпкой, — скучающим тоном сказала Хинами, делая шаг вперёд. — Надо её заткнуть.
— Подож… Хина-чан! — цокнув языком, он повернул голову к стене; пасть немного втянулась внутрь, будто готовясь выдохнуть, и в самом деле выдохнула несколькими огненными лучами.
Девушка увернулась от первого и ускорила шаг.
— Да постой ты, сгоришь!
— Тебе жарко? — переспросила Хинами. — Они холодные, дурак.
Куро моргнул.
— Э? О. Как. а-а-а… неожиданно приятно.
Уворачиваясь от ледяных стрел, которые в самом деле были неспособны что-либо поджечь, Куро протиснулся к боковой стене. Там у их бесформенного врага обнаружилась слепая зона. Хинами двигалась вдоль пустых холодных комнат, как кошка, выгнув спину и готовясь прыгнуть. Ямамото вздохнул, глядя на неё. Вот уж кому он действительно не годится в напарники.
«Вечно она делает всё сама. А зануда-семпай — наоборот, по инструкциям. — Его внезапно осенило. — Ого! Так я, получается, их уравновешиваю?»
Гигантский рот скривился и прекратил стрелять, чувствуя, что не попадает. Хинами пошла ещё быстрее, уже начав свой выпад, но дыра в стене резко сдвинулась, встречая её лицом к лицу. Изнутри раздалось рычание, зашевелилась большая тень.
— Я первая! — с криком девушка размахнулась и в буквальном смысле дала врагу по губам. Они захлопнулись, но выглядело это так, словно стена что-то пережёвывает. Когда Куро наконец оттащил напарницу чуть-чуть назад, отверстие выплюнуло трёхголового пса, упиравшегося одним лбом в потолок, и окончательно закрылось.
— Цербер? — пробормотал Куро, доставая парные ножи длиной в половину его обычного лезвия. — У нас тематический вечер мифологии?
— Ты ещё поболтай с ним! — огрызнулась Хинами, продолжая рваться в бой. — Чем дольше тянешь…
Она неудачно притормозила под влиянием собственного удара — замах был сильным, а Цербер просто отодвинул лапу, так что Хинами оказалась абсолютно открыта. Пока она искала равновесие, Куро оттолкнулся от стены и невысоко, но всё же чуть дальше, чем мог бы, подпрыгнул, с двух сторон рубанув по толстой шее. Получилось ещё хуже — голова повисла на нескольких жилах, и другие две разозлились окончательно. Куро махнул ещё раз, сразу после этого отскочил, чтобы на него не упала сгорающая морда, и в то же время помещение заполнил девичий крик — оставшиеся головы пребывали без дела.
***
Шон, пошатываясь, бежал по лестнице вверх, озлобленно шипя на весь мир и потряхивая рукой. Яд вытекал из двух тонких царапин, оставленных Прокрустом. Видимо, после случая с червивым ядом, который попал в его организм после битвы со слугами Ничьей Матери, у него образовался какой-никакой иммунитет. Конечность двигалась плохо, но руки чесались кого-нибудь убить.