Основной груз первого из пяти Ковчегов с колонистами это оборудование. Огромные ангары заполнены разнообразной роботизированной техникой, которая в кратчайшие сроки сможет возвести пригодные для жизни людей города. Там же в грузовом отсеке находятся и сложные установки для терраформинга, которые начнут свою работу после того как будут выведены на орбиту нового мира.
Всё это ты наверняка сможешь прочесть в сопроводительной брошюре полагающейся каждому колонисту. Но я всё равно продублирую эти данные в своём письме. Лететь к новому миру нам всего год по времени. Пульсирующие двигатели нового типа позволяют быстро преодолевать огромные отрезки космического пространства. Ведь именно благодаря их изобретению и началось активное освоение космоса. Зачем же в этом случае усыплять пассажиров? Ответ довольно прост — из-за экономии места. Криокамеры для биоза на пятьсот тысяч человек занимают не так уж и много пространства внутри Ковчега, которое жизненно необходимо для технического оборудования.
Что ж сегодня третьего апреля я взойду на борт космического корабля и навсегда распрощаюсь с планетой Земля. Я не буду оглядываться поднимаясь по огромному трапу, потому что этот мир стал для меня давно чужим. Я задыхаюсь в нём. Меня превращают в безмозглое животное, ограниченное со всех сторон прочной клеткой, к которой подведено электрическое напряжение. Именно так я себя и ощущаю последние годы. Загнанным умирающим зверем. Не в этом ли причина того, что меня так легко отпустили в далёкий космос? Возможно система выявила во мне ненадежный враждебный элемент и таким образом избавилась от меня отринув как нечто опасное.
Подобная мысль мне необычайно приятна.
В очередной унылой дыре, куда забились доживающие свой последний век андроиды, царила полутьма и запустение. Генератор, судя по всему, не работал, поэтому электрического освещения не было. Проникнуть в убежище можно было через обычный канализационный люк, прикрывающий узкую шахту с металлическими ступенями-скобами. Шахта приводила в подземный коллектор с текущей в узком каменном желобе мутной водой. В больших железных бочках горел мусор, у бочек сидели искусственные люди. Холод они не ощущали, поэтому зачем им понадобились эти костры было решительно непонятно.
Дита провели по длинному туннелю в дальний конец поземного коллектора. Обожжённый куда-то исчез, затерявшись среди похожих друг на друга как две капли воды собратьев. Вокруг витала враждебность и отчуждение.
— Сюда.
Его грубо втолкнули в какое-то полутёмное помещение освещенное тусклым электрическим фонарём установленным в дальнем углу, предварительно обыскав и отобрав только штык-нож. За спиной с грохотом захлопнулась тяжелая дверь. Лязгнул задвигаемый засов. Глаза быстро привыкли к полумраку и Дит смог разглядеть лежащих на полу заключённых. Разумеется это были андроиды по непонятным причинам посаженные своими же в импровизированную тюрьму.
— Мир тебе, — донеслось из темноты. — Подходи сюда, здесь есть свободное место.
Дит тяжело опустился на сложенный на полу отсыревший картон рядом с разговорчивым заключённым.
— Ван Чи, — представился андроид, касаясь своей груди. — Ты ведь человек. Как ты сюда попал?
— Снаружи пришёл, — ответил Дит.
— По своей воле?
— Нет. Встретил двух ваших. Один с обожженным лицом, второй в дурацких очках без стёкол. Они к вам меня и привели.
— Кён Хи и Джин Су, — кивнул андроид. — Я знаю их. Это наши разведчики.
— Почему у всех вас азиатские имена? — спросил Дит. — Это какая-то особая традиция так вас называть?
— Нет никакой традиции, — ответил Ван Чи. — Всё объясняется довольно просто. Там на Земле нас производила Корейская компания «МЁН-ВОНГ-РОБОСТРОЙ», давая нам соответствующие имена. Ведь порядковый заводской номер каждой выпущенной модели людям тяжело запоминать.
— А зачем вас держат взаперти?
— Мы инфицированные.
— Это как?
— Подхватили какой-то сетевой вирус. Сеть ведь до сих пор хоть и с перебоями, но работает. Трансляторы функциональны. Сигнал подаётся со спутников. Вирус меняет наши командные программы и тогда мы уходим в город и уже не возвращаемся.
— Кажется я уже слышал эту историю…