Хорошо еще, что обувь удобная, а не каблуки в десять сантиметров.
Бумага, бумага… Хоть что-нибудь, на чем и чем можно писать!
На правой руке — непонятный прибор с большим дисплеем. Наверняка с его помощью можно набирать или даже надиктовывать текст. Но пока я разберусь!
Вот блин!
Все еще покачиваясь, я бросился к двери. К счастью, она открылась сама.
Влево и вправо уходил слабо освещенный коридор. Все такое же металлическое, унылое, без опознавательных знаков. Куда?
Я наугад понесся направо, отталкиваясь руками от стен. Влетел в освещенную комнату с пультами и совершенно некосмического вида мягким диванчиком, на котором уютно устроилась эффектная темнокожая женщина в синем спортивном костюме.
Она с улыбкой подняла на меня глаза. Практически моментально выражение ее лица изменилось.
— Марджери? Что случилось? — она говорила на русском с едва заметным акцентом. Голос был густой и теплый, но очень встревоженный.
Одно из кресел у пультов повернулось, и на меня уставился тощий светловолосый тип с мелкими чертами лица и замысловатой татуировкой на виске.
— Бумагу, — хрипло заявил я голосом любимой. — И что-нибудь пишущее.
— Опять? — хмыкнула красотка. — Ты, похоже, в писатели решила податься!
Несмотря на явный сарказм, из под диванных подушек моментально был извлечен большой альбом и простой карандаш. Вручили их мне с откровенным любопытством.
Я быстро пролистал изрисованные страницы. Красиво. Интересно, у кого из них такой талант? Даже жаль, что нет времени глянуть подробнее.
«Маргарита», — начал я письмо, примостившись на подлокотнике. Черт, это будет не так просто…
«Это Олерид. Прости меня, что отправляю сообщение так. Слабое оправдание, но это был единственный путь, а речь идет о жизни и смерти.
На Игру совершаются хакерские атаки. Они стирают локации и живых игроков. Навсегда. Нынешняя техподдержка не справляется…»
Чужая рука с карандашом дрожала и плохо слушалась. Я весь взмок, торопясь закончить послание и ожидая, что в любую секунду система выбросит меня обратно. В зале царило напряженное молчание, но я чувствовал пристальные взгляды команды. Хорошо, что их всего двое. И просто прекрасно, что они приучены не задавать лишних вопросов.
«Нужно обратиться к разработчикам. Но они все уже давно ушли в Игру. Считается, что большая их часть на Земле-unreal в собственном искусственном раю.
Ты единственная, кто может туда добраться и объяснить ситуацию. Я не знаю, почему этого до сих пор не сделал никто из руководства Игры, но дело все хуже».
Уф. Ну вот и все, основное сделано. Я успел. Теперь можно попробовать оправдаться. Скорее всего, безрезультатно.
«Маргарита, я не знаю, сможешь ли ты простить меня за такое вторжение в твою жизнь. И за то, что я навесил н тебя новые проблемы. Надеюсь, что да.
Если бы был иной путь поговорить, я бы использовал его».
В голове раздался неприятный свист, и система оповестила «Обнаружен сбой. Приготовьтесь к техническому выходу».
Зар-раза, как быстро!
«Я надеюсь, тебе удастся спасти Игру и спастись самой. Береги себя!»
Пальцы внезапно онемели. Как в замедленной съемке я увидел, что карандаш выскальзывает из рук и летит к полу, а вокруг моей… не моей… фигуры появляется сияющая защитная сфера. Это было придумано для защиты игровых тел на тот случай, если разум временно возвращается в реальный мир.
Я открыл глаза в палате. Резко вскочил, борясь с головокружением. Уложил Маргариту обратно на подушку с электродами и устало опустился на колени возле ее кровати. Меня всего трясло от адреналина и чужеродной загрузки.
Кажется, получилось! Остается только надеяться, что она воспримет послание всерьез. И что у нее получится добраться до VIP-планеты.
Слишком много надежд, слишком мало гарантий.
Но это пока лучший из неудачных планов, которые у нас есть. Точнее, единственный.
Дверь за спиной резко распахнулась. Давешняя медсестра стояла на пороге в сопровождении высоченного жилистого врача с непонятным прибором в руках. Оба смотрели на меня неодобрительно.
— Что-то случилось? — я постарался чтобы голос не дрожал и казался удивленным.
— Нам сообщили о сбое в ее Игре, — доктор уже разматывал тонкие проводки, не глядя на меня. — Вы что-то сделали?
— Нет. Мы просто говорили. Ну, в смысле, я говорил.
— Мда? — цепкий взгляд из под кустистых бровей пробежал по моему лицу и одежде. Уж невесть что подумал этот суровый медик, но явно не то, что было на самом деле. Да и черт с ним.