— Чем воняет? — недовольно спросила она. — Новый одеколон с запахом помоев? Специально для холостяка?
— Ха-ха, — ответил Женя и понюхал ворот своей футболки. — Наверное, от пола запах впитался.
— Или от тебя?
— Лика, не порти настроение с утра, — Женя повернулся к своей сумке и стал стаскивать с себя одежду. Через минуту он стоял уже в одних только трусах. Девушки смотрели на него удивлёнными глазами. Лика поставила тарелку на стол и опёрлась на него рукой.
— Женя, — произнесла она. — Мы тебе не мешаем?
— Пока ты рот не открывала, нет, — ответил тот, вытаскивая из сумки чистую одежду. — А что?
— Мы тут, вообще-то, завтракать собрались, — продолжила Лика.
— Да я, вообще-то, тоже не прочь чего-нибудь пожевать, — невозмутимо произнёс Женя.
— Так, Евгений! — уже повысила голос Лика. — Это кухня, а не кинозал.
— Не понял, — удивился Женя. — А кинозал тут причём?
— Когда мы под поп-корм захотим фильм ужасов посмотреть, тогда нам свой стриптиз и сбацаешь. А сейчас просто не порти нам аппетит!
— И как мне быть? — развёл Женя руками. — Это, вообще-то, моя комната. Значит, и правила мои. Вы же сами всё остальное заняли, а меня сюда выгнали. Так, что ни хрена не знаю. И, вообще, отворачиваться надо, раз вы такие впечатлительные.
Лика тяжело вздохнула. Женя переоделся и стал окидывать комнату взглядом.
— А грязное куда? — завертелся он на месте.
— Туда, — Лика указала в окно.
— Не понял.
— Там верёвка натянута между домом и сараем. Дождь будет, постирается.
Женя просто бросил грязную одежду на сумку, не сводя недовольного взгляда с Лики.
— Кушать хочешь? — неожиданно спокойно спросила та.
— В чём подвох? — сразу насторожился Женя.
— Картошка там, — указала Лика куда-то в сторону. — Тарелка с ножом на столе. Чисти. А я пока пойду в огород. Может, зелени там найду.
— Чего?! — чуть не крикнул Женя. — Какая зелень?! Этот огород уже давно кусок леса. Его перекапывали в последний раз, наверное, ещё в первую советскую пятилетку. Кроме осота, припорошённого прошлогодней листвой, там нет ни хрена.
— Кстати, ещё и хрен надо бы поискать, — криво улыбнулась Лика. — Спасибо, что напомнил.
— Так, хорош, — сказал Женя. — Чё за приколы?
— Приколы? — развела Лика руками. — Жрать нечего. Вот и приколы. Ты же ничего не взял с собой съестного.
— Ты сама баулами затарилась, — ответил Женя. — И ничего не взяла в итоге?
— Там вещи. Только самое необходимое.
— Ага. Необходимое. Крема с коллекцией купальников. Зато еда к необходимому у нас не относится.
— Хватит ныть, — сказала Лика. — Сейчас чего-нибудь придумаем на завтрак, а потом я съезжу в деревню. Посмотрим, какие у них тут магазины.
— Э, не, — ответил Женя. — Раз так. То в магазин съезжу я. Прямо сейчас. Так уж и быть, голодным, как волк. А вы тут уж сами разбирайтесь, какие лопухи жарить, а какие — отваривать.
— Ты прям сейчас едешь? — Настя вскочила со стула. — Подожди! Возьми для меня кое-что. Чипсов хочу, только со сметаной не бери, лучше с сыром…
— А мне мармелада возьми. Жевательный хочу, — быстро вставила свой запрос Юля.
— Про масло не забудь, — добавила Лика. — Подсолнечное, рафинированное.
— Шоколадку хочу. Воздушную. Белую…
— Бумага туалетная нужная. Бери побольше. Сам же её всю потом загадишь…
— Сока гранатового пол-литра. Нет! Лучше литр…
— Яблок с апельсинами…
— Окуня морского, пару бутылок минералки, крупы гречневой и овсянки, печенья к чаю. Кстати, про сам кофе не забудь. Сахара тоже нет…
— Крем для загара у меня кончается. Только подороже бери…
— Сгущёнки нет. Орехов хочу. И про мёд не забудь…
— Так, всё! Стоп!!! — крикнул Женя, перебив девушек. — С вашими «не забудь» и такими запросами, я точно забуду всё, кроме «не забудь». Вы издеваетесь? Где я это всё запомню?
— Стой, — выпалила Настя и сорвалась со стула. — Никуда не уходи.
Синхронно с ней со своего места вскочила Юля. Они побежали в свои комнаты, чуть не сбив Женю с ног. Тот вильнул в одну сторону, чтобы не попасть под Настю, затем — в другую от Юли. За шторками через секунду заскрипели ручки.
— Зря я это сказал, — выдохнул Женя. — Так бы ещё мог отмазаться, что что-то забыл.
И тут скрип послышался совсем рядом. Он обернулся. Лика авторучкой писала в тетради свой список. Женя закатил глаза.
— Я курить, — сказал он и вышел на крыльцо.
В пачке оставалась последняя сигарета. Женя посмотрел на неё с безнадёжным выражением на лице.