- Ну-у-у, не знаю. Учиться…– начала импровизировать я. – Но точно не бегать от женихов. И уж тем более не рожать ежегодно отпрысков, - немного резко закончила свою мысль.
- Ха-ха-ха, - расхохотался непринуждённо собеседник. - Хотите, дорогая моя Марина, я попрошу всех сильно не досаждать вам, – вкрадчиво предложил он.
Меня как холодной водой окатило.
- Вы что? Не надо. Что о нас подумают! Меня итак уже записали в Ваши внебрачные дочери, – зачастила я. – И ещё большее внимание с Вашей стороны, только уверит сплетников в этом.
Император улыбнулся и, наклонившись, прошептал: «Хорошо, я подумаю над Вашей просьбой».
Какая просьба? У меня только одно желание, слиться со стенкой!!!
Маркус.
Вторая девица Карнелл была копией первой, это я знал и так. Отличие лишь в наряде. Но жесты, мимика, аура страха в отношении меня идентичны, что стало неожиданностью. И что они до сих пор меня боятся, и шрамов уже нет, а отношение девушек ко мне не изменилось. Что Аарону неймётся? Повезло мне, что допускается лишь один танец с дебютанткой, а то я бы не удивился, если бы император заставил меня весь вечер танцевать с сестрами по очереди. И говорил же, что танцы – не моё. Не люблю я пугливых ланей, которые при виде меня начинают отводить глаза и заикаться.
А Марина с императором ведёт себя по-другому. Разговаривает, улыбается, мило краснеет, прижимается непозволительно близко. Тьма. Он не теряет времени. Точно, что-то задумал.
Мария.
После шептания на ушко, император прекратил свои расспросы, и окончание танца прошло под молчание и сверлящий взгляд партнёра. Ощущение, что всё, чего он добивался, свершилось. Но что это, не пойму. Подняв на него глаза, начала разглядывать, благо танец позволял, не надо было делать замысловатых пируэтов и откидывания головы. Правильные черты лица, брутальный подбородок, чётко очерченные скулы, пухлые губы, лукавый взгляд, великолепные волосы, заплетенные в сложную косу. Одно слово – порода. Император не удивися моего откровенного изучения его персоны, а с удовольствием занялся тем же. Это меня вполне устраивало, даже ничуть не смутило. Молчит и ладно. Едва отзвучали последние аккорды музыки, мужчина повёл меня к отцу, и уже там, ошеломил всех, кто был в зоне слышимости.
- Надеюсь, я увижу вашу интересную семью на будущих вечерах и мероприятиях, – обратился он к родителям. – Советую ничего не пропускать, а то спрятали свои сокровища и довольны. Мы тоже хотим любоваться вами. Да и пора подыскивать девушкам пары.
«Мне поплохело. Нами решили заняться всерьёз. И не абы кто».
- Пусть приглядятся к женихам, познакомятся, может понравится кто, – между тем продолжал он, не выпуская мою руку со своего сгиба.
Рядом стоял Маркус с Дашей в той же позе. Отец уже начинал злиться и, скорее всего, винил меня, что подбила всех на переезд. Мать тоже не убирала свою руку, неосознанно успокаивая отца поглаживаниями.
- И да, я обдумал твою просьбу Марина, – повернулся он ко мне. – Мой ответ, нет, – ехидно улыбнулся. – Надеюсь, к следующему балу дебютанток вы будете хотя бы засватаны, иначе я сам назову имена женихов.
Поцеловав мне пальчики, император удалился, а мы остались стоять и обтекать от такой новости. Маркус тоже исчез, я и не заметила как.
«Вот жжешь, один год нам свободы. И всё. Или скрыться, или просватанными стать».
Никто к нам не подходил и не приглашал на танец. Возможно, потому что отец задвинул нас за спину, скрестил руки на груди, всем своим видом показывая, что убьет любого, кто подойдёт ближе. Хотя всеобщее веселье продолжалось дальше.
Маркус.
Едва мы дошли до тронов, я не выдержал.
- Ваше величество, что это было? Зачем так давить на девчонок? У них есть ещё три года, чтобы выбрать себе женихов.
- Что, жалко? Так спаси одну из них от слащавых охотников за приданным.
- Ваше величество, я не планировал обращать внимание ни на одну из сестёр.
- А ты обрати. Одна не планировала, другой не планировал, – оборвал меня император. – Это приказ. Нечего ходить одиночкой, и ужасным настроением распугивать придворных. Поверь, семья – это не плохо, а сёстры – твой шанс. Ведь, они росли с тёмным. А всем известно, что девочки подбирают себе женихов, похожих на отца.