Ротмир закашлялся, Элеонора улыбнулась.
- Да, самостоятельный. Но вообще-то они близнецы, или вы не заметили? Только Дар долго болел, а Мар помогал его выхаживать. Вот и повзрослел быстро.
- Мы не присматривались, да они в капюшонах оба. Так и не сняли.
- Они просто стесняются, вот и прячутся. Слишком большое впечатление на людей оказывают, – разъяснила Элеонора.
- Вы тоже стесняетесь? – поинтересовалась Мони.
- Почему вы как думаете?
- Тоже капюшон не сняли, – добавил Алекс
- Нет, я не стесняюсь, – улыбнулась Лео. – Просто людей шокировать не хочу.
- Мы не слабые, чтоб в обмороки падать, – обиделся Алекс. – Но если вы не хотите показываться, заставлять не будем. Мы вам очень благодарны за помощь.
- Давайте как-нибудь в следующий раз? – улыбнулась Элеонора. – Хорошо? А сейчас не мешает детей отнести. Да и вы весь день без отдыха. А завтра опять в путь. И не забывайте, что теперь вам двумя телегами управлять.
- Как же так? Я не могу! – воскликнула Мони.
- В каком смысле? Не умею, не хочу, или детей не с кем оставить? – подозрительно уточнила Элеонора.
- Не умею, – опустив голову, прошептала вторая женщина.
- Всё. Спать. Завтра с утра определимся, – закончил разговор Ротмир и встал.
Гости тоже поднялись, взяв каждый по ребёнку, и, откланявшись, ушли в выделенный им фургон.
- Лео, дорогая, за что ты так резко с ними? – мужчина подсел к жене, приобняв её.
- А ты заметил, как они выводили меня на снятие капюшона? – возмущенно ответила его женщина. – А к концу вообще обиделись? С чего бы это? Сами о себе ничего не сказали, а от нас ждут откровений.
- Так и мы не выворачиваем душу наизнанку перед ними.
- Вот именно! Потому что нам есть что скрывать. И им, получается, тоже?
- Да ты ж моя защитница. Везде-то ты видишь подвох. Дожидаемся Дара и пойдём, наконец, отдыхать, – поцеловал в щёку свою жену. – Только как мы поместимся все, не представляю, – задумчиво протянул тёмный. – Хотя, ты можешь на мне спать, – провокационно, улыбаясь, закончил он.
- Ты что! – возмущённо воскликнула женщина. – Там же дети!
- О чём ты думаешь, Лео? - наклонившись, мурлыкнул на ушко кузнец. – Спать мы будем в одежде, – прикусил он за мочку уха свою жену.
Та зарделась и возмущенно стукнула богатыря ладошкой по груди. Мужчина засмеялся, поймал руку и обцеловал на ней каждый пальчик. И они не замечали, с какой любовью смотрит на это худенький паренёк, недавно очищавший уставшую лошадь.
Глава 17.
Дожди всё не кончались. Фургоны катились по ухабистой дороге. Мы менялись по очереди на кучерском месте. Сначала родители пытались сами править лошадьми, но это слишком сильно выматывает. Мне было интересно научиться этому. Всё-таки дома с животными, кроме собачек и кошечек, я не общалась. И моё предложение, иногда меняться, и давать отдых взрослым, было встречено на ура. Днём, мы с сестрой делились, чтобы родители могли отдыхать вместе. После моего обследования Эльноры и удаления очередного проклятия, они воспряли духом и старались много времени проводить вместе. А мы и не возражали. Меньше контроля за нами. С сестрой учились передавать эмоции на расстояние и кидать зов помощи, когда приходила наша очередь править повозками. Эту особенность заметила я случайно, когда вдруг обнаружила у себя странные эмоции, которых не должно быть.
В один дождливый день родители посадили нас за управление, а сами уединились у себя в фургоне. Что они там делали, не знаю, так как Даша управляла этой повозкой. Но вдруг, среди стены опостылевшего дождя, монотонного скрипа колёс и скуки, у меня появился стыд и смущение. Недоуменно просканировала себя, огляделась. Я не менталист и чужие эмоции ощущать не должна. Однако ощущаю. Так всё продолжалось, пока не вернулась Даша. Поделившись с ней своей находкой, узнала, что эти эмоции испытывала она, сидя на облучке. Тогда мне стало всё понятно. Полог тишины, кроме меня из нашей семьи никто не делает, а родителям захотелось нежности. Зато мы узнали про эмпатию. И договорились, что теперь я буду уходить к родителям и держать «полог тишины» над их фургоном.
Этот сезон дождей мне уже порядком надоел, появилось ощущение, что скоро вырастут жабры. Как обычные люди переносят постоянную сырость? Ведь мне, перед сном, приходится сушить всем матрасы и всё что находилось не в пространственных сумках. Одежду я уже на второй дождливый день достала всем непромокаемую. Наши рыбацкие штаны на лямках плавно переходящие в сапоги. Теплые рубахи и нижнее дышащее нательное бельё. Сверху пригодились мои плащи непромокаемые с подогревом. Ротмир даже Элеонору нарядил во всё это. Хотя она не признавала брюк и долго отказывалась. Но, помучивщись с мокрыми юбками и ногами, она, скрепя сердце, все же пошла нам навстречу. Теперь мы щеголяли, как из одного «гнезда». Постоянно в капюшонах и закутанных плащах иногда виднелись только ноги и руки, но таким были все. Хотя мы сильно ни с кем не сближались.