Дальнейшее наше продвижение по территории Империи к Столице прошло без эксцессов. Мальчики присматривались к нам, начиная доверять, и иногда улыбались. От родителей они всё еще не отходили, но уже не так сильно цеплялись за юбку Элеоноры, оттаивали. На одной из вечерних посиделок мне было скучно, и ничего не придумав лучшего, достала из баула пачку листов формата А4 и научила ребят сворачивать самолётики. Это было что-то. Мы произвели очередной фурор, когда парни начали носиться по стоянке за летающими самолетиками, стараясь запустить их так, чтобы, пролетев над костром как можно ниже, они выжили и не сгорели. Попутчики чуть ли у виска не крутили, ведь бумага в этом мире была не то чтобы на вес золота, но дорогая, и обыкновенные семьи учились писать и читать на жёлтой, грубого качества. А тут идеально белую ребятня жжёт в костре, играючи. Ротмир на это только головой качал, не забывая присоединяться к нам в соревнованиях. Так мы узнали, что Карл, скорее всего воздушник. Он всегда выигрывал и его планер на мой взгляд выписывал такие кренделя, которые не спишешь ни на какой поток воздуха.
Глава 21.
И вот, спустя три месяца с начала нашего путешествия, мы въехали в Столицу Империи. Это была долгая дорога, и она преодолена. На первых порах нам приходилось скрываться под капюшонами, благо осень и сезон дождей поспособствовали этому. И слишком уж мы не выделялись среди путников. После нападения на караван и моего эпического выступления, его хозяин стал зазывать к себе Ротмира. О чём они общались, отец не рассказывал, но и нам польза от этого была. Унран порекомендовал постоялый двор с хорошими комнатами и кухней и рассказал, как до него добраться. Ведь караваны в город не пускали. Для них были стоянки за чертой. Попрощавшись с нашими попутчиками, мы без лишних приключений добрались до постоялого двора «Счастливый Соул». Каменный забор, железные ворота, аккуратное двухэтажное здание и чистый двор. Слева виднелись конюшни. Едва мы въехали в гостеприимно распахнутые ворота, как к нам подбежал парнишка. Значит, на них стоит заклинание, подающее сигнал.
- Проходите Господа, у нас Вы можете оставить свои повозки, ни один гвоздик из них не пропадёт, - распинался малец, направляя нас вправо. – И лошадки будут обихожены, а для Вашей красавицы можно и отдельное стойло заказать.
«Конечно, не пропадёт, зря что ли мы розочек в фургонах оставили? Пусть стерегут наше имущество» - послала я мысль сестре. Та только улыбнулась в ответ.
Мы шли за отцом, ведя под уздцы Ночку, и крутили головами как заведённые. Ивар восседал на её спине, как царь, обводя взглядом окрестности, которые на некоторое время могли стать нашим домом. Карл примостился на козлах первого фургона и тоже гордился своей работой. Все были счастливы. Оставив животных и повозки на парнишку, получив от него очередное заверение, что всё будет в наилучшем виде, направились в основное здание.
Отворив дверь, не разочаровались, атмосфера в зале была тёплой и домашней. Трещали поленья в камине, на каменных стенах висели портреты, массивные столы добавляли брутальности. За стойкой возвышался здоровый детина, способный посоревноваться с отцом в габаритах. Да, с таким хозяином не забалуешь, на вышибалах можно смело сэкономить.
Народу было маловато, они сидели, общались, попивали.
- Жаль приехали мы поздновато, наверное, уже и ужин прошёл, - со вздохом протянула я, не подумав.
На нас все обернулись, и разговоры смолкли, люди стали наблюдать, оценивать, строить предположения. Отец прошел к стойке, мы за ним, как хвостики. Сравнение меня повеселило, а Даша, почувствовав изменение, спросила мысленно: «Что тебя рассмешило?» Рассказав ей шутку, теперь обе сверкали белыми зубами, не забывая оглядывать зал. Мы сняли капюшоны, отец вообще не любил в нём ходить, а мать так и осталась закутана. Её можно понять, боится, что возникнут проблемы. Но нам то, что нервничать? Чёрные банданы стали неотъемлемой частью одежды, без них создавалось ощущение «голого тела», когда на тебя все пялятся и рассматривают. А так, мужская одежда и три месяца в дороге, где было раздолье наблюдать, сравнивать и копировать жесты, мимику, походку мужчин не прошли даром. На Земле нас можно было бы назвать пацанками, но тут, не то, что определения такого не существует, девушки в принципе не переодеваются в парней. А нам это и на руку. Поэтому, откинув капюшоны, разглядывали зал и хозяина заведения.