— Странно, — не унимался он, — ведь это очень в вашем стиле — обвинять своего визави непонятно в чём.
— Непонятно? О-о! — такого стерпеть я уже не могла. — А в вашем стиле, сэр, нагло использовать людей и не сознаваться в этом!
— Ого! Вот это обвиненьице! — Энджелл вернулся на место и снова плюхнулся на свой стул. — Ошибаетесь, леди: я никогда не использовал людей.
— Лжёте! Вы просто трусливый лицемер, и у вас кишка тонка сознаться!
Он неспешно откинулся на спинку стула и закинул ногу на ногу. На его лице, как и прежде, отражалась добрая ирония, как если бы он считал всё забавной игрой и не воспринимал всерьёз.
— И эта девушка обвиняет меня во лжи? — ухмыльнулся он с лёгким укором. — Но ведь, чтобы делать это, мисс, самой нужно быть кристально чистой. А у вас, простите, рыльце в пушку.
Нет, ну, вы слышали?! Это называется "перевести стрелки"! И этот мужчина делал это довольно лихо! Слепое негодование поднялось в моей душе, отчего я задышала намного чаще.
— Ты просто злобный дядюшка Ау!
— Кто?
— Не важно! Моя ложь — ничто по сравнению с твоей! Она безобидна!
— Разве? А как же доверие, Стес? Ведь ты мне твердила, что именно на нём строятся отношения, а сама этим принципом пренебрегла.
Да, со стороны всё могло так казаться. Но я не задавалась такой целью, а просто ошиблась поначалу, смалодушничав признаться, что работаю на "Billy Rose Design". Потому, что боялась потерять расположение этого человека. Потому, что для меня оно было важным. Потому, что просто сглупила, — с кем не бывает? А все последующие ошибки затем наложились на эту.
— И считаешь это безобидным? — продолжал между тем Энджелл. — Почему же так, Стейси?
— Может, потому что это были вовсе не отношения, а лишь жалкая их пародия?
Лицо дядюшки Ау стало до крайности серьёзным, и он торопливо опустил глаза. Но я успела разглядеть пронёсшуюся в них боль и поняла, что мои слова его зацепили. О, неужели мне удалось даже в его лицемерии найти брешь?
— Так вот, значит, как ты к ним относилась? — его слова так и сочились горькой обидой. — А я-то, глупец, удивлялся, почему ты решила их разорвать. Как, оказывается, всё просто: тебе не нужны были эти отношения изначально, — он поднял голову — и большие зелёные глаза укололи меня вселенским укором. — И после этого я же ещё лицемер?
Я остолбенела и, как показалось, даже приросла к стулу, неожиданно осознав, что мою фразу действительно можно трактовать двояко и что он по-своему её истолковал. Нет, Господи, только не это! Для меня эти отношения были серьёзны! А вот он даже сейчас продолжал играть! Чувствуя, что ещё минута — и из меня хлынут слёзы обиды, я поспешила выдохнуть:
— Энджелл, зачем ты пришёл?
— Чтобы не дать тебе совершить ошибку.
— Что? О чём ты?
— О том, что я знаю тебя как смелую и находчивую особу, способную бороться и отстаивать своё. И мне невдомёк, почему сейчас ты бездействуешь, позволяя использовать себя.
У меня внутри всё перевернулось, кровь ударила в голову, отчего даже зарябило в глазах. Неужели я услышала то, чего так долго добивалась? Хотя, честно скажу, я не знала, радоваться мне этому или плакать.
— Ты признаёшь, что использовал меня?
— Стейси, я говорю не о себе. Повторяю: я никогда не использовал людей. А в отношении тех, кого люблю, тем более не стал бы этого делать. А я люблю тебя. Даже если ты не веришь, люблю.
И всё-таки он не признался! Я задрожала, словно в ознобе. Нет, всё же я сейчас разревусь!
— Тогда спрошу ещё раз: зачем ты явился?
— Чтобы восстановить справедливость.
— Какую?
В этот миг дверь отворилась, и внутрь ступил мистер Роуз, галантно пропустивший вперёд кочергу. Завидев Энджелла, она заметно оживилась и совсем непрофессионально захлопала в ладоши, выдав глуповатое:
— О-о, какой сюрприз! Энджелл, милый, приве-ет!
Дядюшку Ау в очередной раз покоробило от обращения "милый", но он сумел взять себя в руки и вполголоса проронил:
— Главный сюрприз вас ещё ждёт впереди, мисс Винклер.
— Так что сядьте! — цыкнул на неё шеф, явно ожидающий возможности приструнить нерадивую подчинённую без ущерба для лица фирмы. — И давайте, наконец, узнаем, зачем мистер Росс попросил собрать вас в моём кабинете.
Явно заинтригованная, но абсолютно не остепенившаяся, Бриар уселась на стул, бросив на меня парочку пренебрежительных взглядов, после чего надменно отвела глаза, словно говоря: "Как же меня от неё воротит! Уберите от меня эту дрянь!" А мистер Роуз повернулся к именитому гостю:
— Прошу вас, сэр.