Шоу улыбнулся шире, чем следовало.
- Ну наконец-то. А то скучно тут без свежей крови, - он подмигнул мне. - Добро пожаловать в наш маленький клуб.
Я выдавила улыбку. Этот Шоу казался здесь самым скользким типом.
- Располагайся, - сказал мне Рид и кивнул в сторону пустующего места у одного из столов. - Наша медсестра, вы не знакомы, подойдет чуть позже. Она будет помогать всем, кому понадобится.
Джеймс сделал шаг к выходу, но я поймала его взгляд. Он задержался на секунду, и я прочитала в нем: «Ты справишься». Или просто «Держись».
- Удачи, - сказала я тихо.
Он кивнул и вышел, закрыв за собой дверь.
На несколько секунд в комнате повисла тишина. Шоу, неприкрыто смерив меня любопытным взглядом от макушки до ступней, снова уткнулся в холодильник; Эванс достал из кармана потрепанную книгу, а Холл просто сидел, изучая свои ногти.
Я подошла к столу, проверила инструменты. Все на месте. Ножи, зажимы, иглы, бинты. Рядом — ампулы с адреналином и обезболивающим.
- Не переживай, - неожиданно сказал Эванс, не поднимая головы от книги. - Если что, я помогу.
Он неверно угадал причину моего напряжения, но я все равно была ему благодарна за эти слова.
Глава 28.
Первая пара бойцов появилась в медкабинете только через час. То были люди Первого и Белого Королей. Согласно установленным правилам, мое участие в данный момент не требовалось, но я внимательно следила за происходящим, чтобы помочь, если будет нужно.
Бойцы оказались молодыми парнями, примерно возраста Майка, которые пришли на своих двоих — оба сильно потрепанные.
Эванс провел быстрый и грамотный осмотр своего пациента, как типичный толковый хирург классической школы, и принялся латать своего подопечного.
А вот подход к лечению Шоу можно было назвать эпатажным. Что ж, если его «хозяин» — редкостный псих, то врач ему нашелся под стать.
На первый взгляд, в поведении Шоу сквозила ленивая небрежность. Но присмотревшись, я поняла, что он чертов маэстро врачебного искусства.
Его движения были не быстрыми и точными, как у обычного хирурга, а скорее плавными, перетекающими одно в другое, подобно танцу. При этом он в полголоса напевал себе под нос что-то пафосное, наподобие арии, и у меня создалось ощущение будто я наблюдаю хорошо поставленное и отрепетированное представление, а не оказание медицинской помощи пациенту с серьезными травмами.
Шоу не осматривал рану, как положено. Вместо этого он водил пальцами по коже пациента с почти ласковой медлительностью, словно музыкант по клавишам. Парень под его руками вздрагивал, но терпел. Затем Шоу лениво обработал рваную рану на предплечье бойца, наложил швы — идеальные, ювелирные — и снова даже не взглянул на реакцию парня. Потом так же лениво переключился на раны на лице, работая с каким-то отстранённым изяществом, будто рисовал акварель, а не зашивал живую плоть.
- С ним всегда так, - заметив, к кому приковано мое внимание, негромко сказал Холл, который стоял рядом со мной у дальней стены. - Как в театре. Правда?
Его вопрос не требовал ответа. А потому я просто молча продолжила внимательно следить за работой моего ровесника, не в силах разобрать, какая эмоция во мне преобладала: ужас или восхищение.
По логике, в следующей паре бойцов должен был оказаться человек Черного Короля. Так оно и произошло.
Когда двери медкомнаты резко распахнулись час спустя, я резко вскочила со своего места. Первым внесли полуживого парня на носилках, к которому тут же подбежал Холл, жестом подавая знак нашей «общей» медсестре следовать за ним.
А затем мои ноги едва не подогнулись в коленях, когда я увидела Майка. Он шёл, опираясь на двух товарищей, но сам. Лицо превратилось в сплошной синяк: левый глаз заплыл, разбитая бровь заливала кровью правую половину лица, губа рассечена в нескольких местах. Но он улыбнулся. Я знала: ради меня.
- Док, ты чего? - Слова давались ему не без труда. - Я же говорил, что все будет в порядке.
Я заставила себя улыбнуться в ответ, хотя внутри всё сжималось при виде его состояния. Врачебное хладнокровие подводило меня, но я не могла подвести Майка.
- Молодец, Майки. Давайте сюда, помогите ему лечь на стол, - обратилась я к его сопровождающим.
Товарищи осторожно опустили его на свободный стол. И я сразу перешла к осмотру: сначала все, что могло угрожать жизни, потом всё остальное.
- Что болит сильнее всего?
- Всё, если честно, - прохрипел он. Сил красоваться передо мной у парня больше не осталось.
Первым делом я проверила зрачки. Реагируют — ровно, симметрично. Это хорошо.
- Голова кружится?
- Немного, - признался он.
- Тошнит?
- Нет.
- Похоже на легкое сотрясение, но всё равно неприятное. Отлеживаться будешь, понял?
Он кивнул.
- Так, посмотрим дальше, - я говорила с ним, как с маленьким пациентом — так хотелось.
Провела руками по рёбрам. Слева хрустнуло под пальцами. - Сломаны. Одно, два... как минимум три. Дышится как?
- Больно.
- Это понятно. Глубоко вдохни.
Он попытался, скривился, но лёгкие работали — без хрипов, без крови. Я быстро наложила тугую повязку на грудную клетку, зафиксировала рёбра.
- Рёбра сломаны. Ушибы внутренних органов под вопросом, — перечислила я. - Сейчас посмотрим тебя на УЗИ.
Я подкатила аппарат, нанесла гель на живот, водя датчиком. Экран рябил чёрно-белыми пятнами. Я искала жидкость, разрывы — то, что убивает тихо, без крови наружу.
- Повезло, - выдохнула я через пару минут. - Внутренних повреждений нет. Ребра заживут — будешь как новенький.
Майк тоже выдохнул и попытался улыбнуться. Вышло криво, из-за разбитой губы, зато искренне.
- Кэм, я победил.
- Молодец, - тихо сказала я, а сама подумала: «Да ну их, такие победы».
- А за победу… - он немного помолчал. - Поцелуй будет?
Позади кто-то присвистнул. Я была уверена, что это был Шоу. Но мне было плевать, что они все обо мне подумают. Сейчас был важен только Майки и его состояние. Я совершенно не могла злиться на него даже за эту наглую манипуляцию — ведь он откровенно пользовался своим плачевным положением.
- Будет, - с улыбкой ответила я, а потом наклонилась и поцеловала его в лоб. Как мальчишку. Как друга.
- Спасибо, док, - казалось, он немного расстроился. Но не в разбитые же губы мне его было целовать. И даже если бы в неразбитые.
Я выпрямилась, стараясь не смотреть Майку в глаза. Все равно мне было немного неловко.
- А теперь лежи смирно, - сказала я ровным тоном. - Будем штопать твою бровь.
Он кивнул и прикрыл глаза, позволяя мне привести его в относительный порядок.
Глава 29.
Тем вечером бойцы попадали к нам, как и говорил Рид, с большим интервалом, но и состояние их было часто недалеко от критического.
Стоило вспомнить о Риде, как внутри поднималась тревога. Что-то мне подсказывало, что его бой с Арсом будет самым последним, гвоздем программы. Так и оказалось.
Уже далеко за полночь в медкабинет внесли двое носилок. На обоих — мужчины без сознания, один из которых Джеймс.
Парни, которые несли его, опустили носилки прямо на смотровой стол, боясь усугубить состояние своего босса лишними движениями.
- Доктор Эванс, пожалуйста, - я уже начала осмотр и диагностику, но мне нужна была любая помощь, которую я могла получить. Особенно учитывая тот факт, что медсестра уже помогала Шоу: его Арс находился в ничуть не лучшем состоянии.
Эванс подошёл мгновенно. Он поднял Риду веко, посветил фонариком.
- Реагируют. Живой.
К тому времени я уже убедилась в наличии слабого пульса, но реакция зрачков на свет — еще один хороший сигнал.
Не теряя времени, я схватила датчик УЗИ, скользнула им по животу Рида, на котором не было живого места от обширных гематом. Экран рябил чёрно-белыми пятнами. Я искала жидкость — свободную кровь в брюшной полости.