Облизываю пересохшие губы и шумно дышу. Что это было? И как же это приятно...
Глава 6
Сколько продолжался этот секс-марафон я сказать не могу.
Сколько оргазмов я испытала? Пять? Десять раз за ночь? Я сбилась на четвертом оргазме и просто лежала безвольной постанывающей куклой в его руках.
Я больше не хотела убежать. И от этого ненавидела себя еще больше.
Наслаждение поработило меня, вывернуло наизнанку, сделало наркоманкой. Мне хотелось снова и снова кричать и содрогаться от наслаждения. Хотелось и дальше чувствовать его сильные руки на своем теле. Его прикосновения, почти грубые, на самой грани доставляли тончайшее удовольствие. Никогда не думала, что это может быть так. О Господи, я хотела, чтобы он трахал меня!
В какой-то момент я очнулась на холодном столе. Одна. В чертовой приемной.
Осторожно приподнимаюсь.
Осматриваюсь.
Игоря Владимировича нет. Дверь в его кабинет плотно закрыта. Из-за нее не раздается ни звука.
Соскальзываю на пол. Ноги дрожат и едва держат меня. Влагалище все еще пульсирует от многочисленных разрядок. Промежность отдается тупой болью.
Одеревеневшими пальцами натягиваю на плечи лиф платья, пытаюсь разгладить мятый подол.
Делаю два шага к двери в кабинет генерального. Мне кажется неправильным просто уйти, нам надо поговорить.
И тут мой взгляд натыкается на небрежно брошенную пачку оранжевых банкнот.
Сердце пропускает удар.
Протягиваю руку и подхватываю увесистую пачку. Сколько здесь? Думаю, немало. Вот только что они здесь делают?
Переворачиваю пачку и замечаю маленькую открытку.
«Премия за твою девственность».
Четыре слова бьют словно пощёчина. Открытка с указанием моего места.
Плата за секс. Словно я шлюха, проститутка.
Отбрасываю от себя купюры. С тихим шорохом они разлетаются по приемной. Почти весь пол укрыт ярко-оранжевым покрывалом.
Меня мутит. Тошно. Стыдно. И больно.
Меня сломали, попользовали и швырнули деньги. Словно кость голодной собаке.
Полными ужаса глазами смотрю себе под ноги. Сколько здесь?
Снова и снова эта мысль пульсирует в моей глупой голове.
Если я соберу их и возьму себе, я смогу оплатить мамино лечение. И реабилитацию...
Протягиваю руку и в ужасе отшатываюсь.
Лиза, ты что? Нет! Нет!
Я не шлюха! Я не возьму плату за секс! Мне не нужны его мерзкие деньги! Деньги за мерзкий секс на столе. В приемной. Как животные. Почти раком! Он сверху. А я внизу присмыкаюсь и поскуливаю.
От одной мысли об этом становится тошно до одури.
Отшатываюсь. Это так унизительно.
Прижимаю ладонь к груди. Мне не хватает воздуха.
Надо срочно уходить. Из этой приемной. С этого вечера.
Мне не нужны эти деньги. Я могу заработать их честным трудом. Сегодня обещали премию. Вот с нее я и положу маму на лечение.
Хватаюсь за эту мысль. Вылетаю из приемной. Подхватив длинный подол бегу по пустому коридору. Цокот высоких каблучков отдаётся под потолком. И эхом преследует меня.
Резко жму на кнопку вызова лифта, словно боюсь, что генеральный директор может гнаться за мной.
Глупая! Умом понимаю, что это невозможно, но все равно бегу...
Наконец, приезжает лифт. Забегаю внутрь и жму на кнопку нужного мне этажа.
Там никем не замеченная забегаю в туалет.
О боже! На кого я похожа? Волосы в жутком беспорядке. От голливудских локонов не осталось и следа. Тушь осыпалась под глаза. Щеки горят лихорадочным румянцем. Губы искусаны в кровь.
Плещу себе в лицо холодной водой.
Руки дрожат. А перед внутренним взглядом стелится ковер из пятитысячных купюр.
Резко встряхиваю крупные капли с ладоней. Да что же это такое? Забудь об этих деньгах! Об унизительной плате за твое тело!
- Забудь! Забудь! - кричу я сама себе.
Закрываю глаза и пытаюсь унять сбившееся дыхание.
Никем не замеченная проскальзываю в наш кабинет. Сгребаю в охапку сумочку и куртку, скидываю туфли и натягиваю ботинки.